Мудак замычал. Теперь он нам поверил.
— Спрошу ещё раз. Зачем он послал вас сюда?
Поскольку его кляп всё ещё был на месте, за него ответила Элис.
— Вы знаете, зачем. Мы должны были разложить травы, чтобы отследить Харрингтон и Адептуса Экземптуса Винтера.
— И Дайал лично вас об этом попросил?
— Да, — устало ответила она. — Мы устали от этого, — казалось, известия о Дайале её искренне опечалили, и мне даже стало жаль её. Плечи её поникли. — Отведите нас в Орден. Мы во всём сознаемся, — она вздохнула. — Просто не держите нас здесь больше.
Мы с Винтером переглянулись. Он кивнул. Я приблизилась к Мудаку, убирая его кляп.
— Дайал когда-либо упоминал Манускрипт Сайфера?
Он поморщился в ответ.
— Что? С чего бы ему это делать?
— Он когда-нибудь просил вас сходить и посмотреть манускрипт для него?
— Нет.
— Он проводил время, изучая его?
— Да твою ж мать! — взорвался Мудак. — Глупая ты сука! Сколько раз я должен повторять одно и то же?
Винтер оставил Элис и подошёл ко мне. Опустился на корточки и пристально посмотрел на Мудака.
— Если ты ещё раз назовёшь её так, — прошептал он, — то будешь жалеть об этом до конца своих дней.
И дело было не в том, что он сказал, а в том, как он это сказал. По моей спине пробежала дрожь, а ведь я даже не была той, кому он угрожал. Почувствовав внезапную срочную необходимость увеличить расстояние между мной и Винтером, я заняла его место подле Элис.
— А ты? — спросила я. — Ты когда-нибудь слышала, как твой начальник говорит о Сайфере?
В её глазах полыхало пламя. Я ей не очень нравилась. Кто бы мог подумать.
— Возможно, раз или два он упоминал его в разговоре, — сквозь зубы сказала он. — Я правда не помню.
— Что ж, — ответила я, — тебе правда следует постараться получше.
— Он как-то сказал, что манускрипт должен быть более доступным. Он хотел, чтобы его можно было выносить из библиотеки и более детально изучать.
Наконец-то, хоть какой-то прогресс.
— А он не упоминал, какие тома в частности ему были интересны?
— Нет, — невозмутимо ответила Элис. — Не упоминал.
— Ты когда-нибудь можешь держать рот закрытым? — со своего места проворчал Мудак. — Это был девятый том, понятно? Он хотел девятый том.
Мы с Винтером переглянулись поверх их голов. Так, так, так.
***
— Это ничего не доказывает, — рассуждал Винтер, когда мы остались наедине в моей квартире.
— Ещё как доказывает! Ты сам говорил, как отчаянно Дайал хотел получить больше власти. Он украл Манускрипт. Кто-то неожиданно пришёл, увидел, что манускрипт у Дайала, и забрал его, убив самого Дайала в процессе, — я отряхнула воображаемую пыль с ладоней. — Думаю, наша работа на этом окончена.
Винтер скрестил руки на груди. Я претворилась, что не заметила, как вздулись при этом его мышцы.
— Вот только мы не знаем, кто его убил, и не знаем, где находится пропавший Манускрипт.
Я выставила указательный палец:
— Насколько я помню, нашим заданием было найти того, кто украл скипетр и вернуть его. Мы уже добились гораздо большего. Думаю, теперь самое время передать это кому-то другому. Теперь это расследование убийства, а не кража собственности.
— Нам ещё многое предстоит выяснить, Иви. Ты разве не хочешь узнать, кто пытался нас убить?
— Дайал, само собой. А теперь мёртв он. Я бы назвала это победой.
— Это мог быть и не он. Дайал — лишь кусочек пазла.
Я открыла рот, чтобы возразить, но меня остановило выражение лица Винтера. Думаю, попытаться всё же стоит.
— Если мы вернём Манускрипт, — с надеждой спросила я, — как думаешь, мы получим отпуск в виде бонуса?
— Ты работаешь всего-то три дня. Зачем, ради всего святого, тебе понадобился отпуск?
Учитывая через что мы прошли, это был дурацкий вопрос.
— Если ты об этом спрашиваешь, ты никогда не поймёшь.
Винтер выгнул бровь и посмотрел на меня.
— Ты получаешь от этого удовольствие, разве нет?
— Да, чёрт возьми. Чуть не утонуть и разглядывать трупы — самое весёлое, что было у меня за последние годы.
В его глазах плескалось веселье.
— Я имел в виду, что ты получаешь удовольствие, притворяясь ленивой и требуя перерыв, — он придвинулся ближе. — В глубине души ты упиваешься этим. Просто не хочешь признаваться.
— Ничем я не упиваюсь, — заявила я, чутка слишком громко. — Я люблю спать и смотреть телевизор, и читать книги, и иногда вставать, чтобы заварить себе чашку чая.