- А ты бы рисовал только одно море, - посоветовал я.
- Без людей неинтересно…
Комар был прав. Картины и книжки без людей не стоят выеденного яйца.
Кстати, я сообщил Комару, что хочу писать о своей жизни, и пообещал показать ему тетрадку. - Пойдем завтра на порог, - предложил я Комару. - Ты будешь рисовать, а я писать. Идет?
Комар охотно заключил союз. Мы крепко пожали друг другу руки и поклялись дружить до гроба.
Так и начался великий заговор против Степки…
Глава одиннадцатая
ЧТО ПРИДУМАЛ АРКАДИЙ. У ПАДУНА. ИЗМЕНА КОМАРА
Степка встретил меня вопросом:
- Где ты ходишь? Целый час ищу!
Я сделал вид, что не расслышал. Сел к столу и начал перечитывать тетрадку.
- Ты что, оглох?
Я снова промолчал и еще внимательнее склонился над тетрадкой.
Степка подошел ко мне, сел напротив:
- Что за мода такая? Почему молчишь?
- Не о чем разговаривать.
- Чудило, чего сердишься? Я тебе штуку одну хочу рассказать.
- Какую еще штуку?
- А такую. Аркадий нам дело хорошее придумал.
И Степка рассказал мне, что придумал братуха Аркадий.
Наши плотники построили на Падуне несколько домов. Теперь мы должны помогать плотникам - выносить из домов мусор, стружки, мыть окна и двери.
- И это все? - разочарованно спросил я Степку, когда он закончил рассказ.
- Не нравится?
- Очень нравится. Ищи веник. Сейчас побегу.
Нет, я просто не понимаю - из-за такого пустяка отрывать человека от дела!
Я обмакнул перо в чернильницу и начал писать.
- Бросишь ты свою чепуху или нет? - вскрикнул Степка и даже стукнул кулаком по столу.
- Не стучи, пожалуйста! Из-за тебя кляксу посадил.
- Я тебе кляксу под глазом посажу! Понял?
- Мы еще посмотрим, кто кому посадит!
Степка поднялся из-за стола, расстегнул, а затем снова застегнул рубашку на все пуговицы.
- Значит, не хочешь помогать добровольцам? Тихо почти шепотом спросил он.
- Почему не хочу? Просто у меня нет времени. По-твоему, дневник чепуха, по-моему - нет. Мы друг друга не понимаем.
- Я тебя понимаю! Я тебя как облупленного вижу!
- И я тебя вижу как облупленного. Вот… А завтра я иду на Падун писать дневник про Братскую ГЭС.
- Ага! Ну хорошо, ты еще меня узнаешь!
- Можешь не «агакать»! Комар тоже со мной идет.
Когда Степка услышал про Комара, он даже глаза
вытаращил.
- Комар с тобой не пойдет. Он не такой пустоголовый, как ты. Писатель!
Степка не знал, что говорить, как выместить на мне свою злобу. Он долго смотрел на меня уничтожающим взглядом и вдруг крикнул:
- Бери веник, мети избу!
- Сегодня не моя очередь. Можешь посмотреть в календарь.
Крыть Степке было нечем. Он взял веник и начал молча мести избу.
На следующее утро, когда я проснулся, Степки уже не было. Возле моей кровати стоял веник. Я решил не связываться со Степкой из-за пустяков. Подмел избу, прибрал со стола и только тогда взял свою тетрадку.
Комар, как мы и договорились вчера, сидел возле палатки. Рядом лежали коробочка с масляными красками, кисточки и фанерка с дырочками от гвоздей. Я сразу же заметил, что Комар был какой-то скучный. Он вяло пожал мою руку и стал собирать свое художественное добро.
- Был у тебя Степка? - спросил я Комара.
- Был.
- Что ты ему сказал?
Комар вздохнул и почему-то отвел взгляд в сторону:
- Что я ему скажу? Мы же договорились - дружба до гроба.
Мы отправились к Падуну.
По дороге Комар все вздыхал и оглядывался назад.
- Чего оглядываешься?
- Ничего… Сегодня Степка с девчонками в домах прибирает…
- Ну и пускай прибирает. А нам веселее, правда?
- Конечно, веселее…
Пройдет несколько шагов - снова оглядывается. Лицо кислое, глаза бегают из стороны в сторону. Даже противно смотреть!
- Если хочешь, можешь уходить, - не вытерпел я.
- Я не хочу… Я рисовать буду.
- Рисовать же лучше, правда?
- Правда. Степка только обидится…
- Что ты пристал ко мне со Степкой? Иди к нему, я не держу.
Но Комар плелся за мной и все вздыхал, как старуха. Нет, таких товарищей у меня еще никогда в жизни не было!
Но вот наконец и Падун. Я сел под тенью березки, а Комар примостился возле самой воды, на большом сером камне. Я раскрыл тетрадку и задумался. О чем писать? Сначала надо рассказать о своем приезде на Братскую ГЭС и, конечно же, о Степке. О Степке я напишу посмешнее. Он будет разорять птичьи гнезда, дергать девчонок за косы и делать всякие другие глупости. Над портретом Степки тоже надо подумать. Нос - картошкой, большие, навыкате глаза. Под глазом можно посадить синяк, или, как говорил сам Степка, «кляксу».