Но Люська, как видно, и не думала оправдываться. Поблескивая очками, она радостно восклицала:
- Адский холод! Зима абсолютно суровая!..
Возле моего дома Люськино красноречие как рукой сняло. Она умолкла, поглядывала из-под очков виноватым, растерянным взглядом. Мне почему-то даже стало жаль ее.
- Холод и в самом деле адский, - сказал я. - Это ты говоришь абсолютно точно.
Казалось, Люська даже не расслышала своих любимых слов на букву «а».
- Гена, ты на меня не рассердишься? - тихо спросила она.
- Ладно. Говори уж.
- Нет, ты скажи - абсолютно-абсолютно не будешь сердиться?
- Я же тебе говорю - абсолютно-абсолютно. Люська оглянулась, затем торопливо расстегнула пальто и неожиданно вытащила из-под рукава свернутый в комок платок бабушки.
- Бери, - зашептала она, - прячь скорее.
Я даже не успел поблагодарить Люську. Она повернулась на одной ножке и побежала прочь, размахивая руками,
Казалось, за Люськой гнались по пятам дикие, или, как сказала бы она сама, алчные, звери.
Никогда в жизни мне не было так обидно и так стыдно за самого себя. Я вошел в дом, швырнул платок в угол упал ничком на кровать.
- Генка, что с тобой, что случилось? - испуганно
спросил отец.
Но я все глубже зарывался в мокрую от слез подушку.
Отец постоял около меня, затем отошел, хлопнул кухонной дверью. Звон посуды, которую мыла бабушка стих.
- Зачем ты надеваешь на него платки? - услышал я шепот отца.
- То есть как это - зачем? - вспыхнула бабушка. - На дворе сорок пять градусов!
- Пусть будет хоть сто сорок пять! Я не хочу, чтобы из моего сына вырос сопляк!
- Паша, что ты говоришь? Неужели я хочу зла ребенку!
- Мама, он уже не ребенок. Пойми - не ре-бе-нок.
- Ты еще сам ребенок. Я из-за вас в Сибирь приехала.
За дверью послышались всхлипывания.
Отец успокаивал бабушку, но она не желала ничего слышать:
- Живите как знаете… Я тут чужой человек, я…
Кухонная дверь снова хлопнула. Отец вошел в комнату и стал возле окна, спиной ко мне.
После обеда он ушел на работу, а бабушка принялась собирать свои вещи. Я уже был не рад, что заварил такую кашу. Но делать было нечего. Бабушка складывала свои кофточки и юбки в чемодан с такой суровой решительностью, что остановить ее уже не мог никто на свете.
Незаметно подступил вечер. Я приготовил уроки и начал подшивать к гимнастерке воротничок. Бабушка несколько раз прошлась около меня, посмотрела, как я ковыряю иголкой белый лоскут, и вдруг вырвала гимнастерку из рук:
- Не понимаю, как вы будете жить без меня!Бабушка пришивала воротничок, снизу вверх поглядывала на стенные часы-ходики.
- Что это отца твоего нет?
Ветер бросал в окна мелкий сухой снег, глухо и неприветливо гудела тайга.
Отца все не было. Бабушка подходила к окну, припадала лицом к темному круглому глазку, спрашивала:
- Ты слышишь, Генка, кажется, кто-то идет?
Но отец пришел только в двенадцатом часу. Он отряхнул у порога ушанку, снял пальцами с бровей комки оледенелого снега.
- Ну и погодка! Ветер прямо с ног валит.
Бабушка принесла из кухни чайник, подвинула к отцу тарелку с пирожками:
- Что ты, Паша, так задержался?
Отец взял стакан в ладони, погрел руки и снова поставил на стол.
- Совещание у нас было, - сказал он и почему-то отвел глаза в сторону.
Встал, прошелся из угла в угол и начал молча раздеваться.
Неужели отца так расстроил разговор с бабушкой о платке?
Нет, видимо, платок был тут совершенно ни при чем. Я чувствовал - случилось что-то неприятное и, может быть, даже страшное.
О том, что взволновало отца и весь наш лесной поселок, я узнал только на следующий день…
Глава двадцать пятая
ЧТО ЗАМЫШЛЯЛИ СТЕПКА И КОМАР? КАК НАСТОЯЩИЕ ГЕРОИ. ПЕРВОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ
Говорили об этом всюду: в школе, в магазине; передавали друг другу страшную весть, встречаясь на лесных дорожках.
Два дня назад Гаркуша отправил Аркадия в далекий таежный поселок лесорубов. Аркадий уехал на тракторе и как будто в воду канул. Лесорубы передали тревожную радиограмму: «Почему до сих пор не прислали продукты? Все припасы кончились».
Что случилось с Аркадием? Замерз, сбился с пути, свалился в пропасть? Никто об этом ничего не знал. Гаркуша снарядил в тайгу еще один трактор и сам отправился по следу Аркадия. Прошли сутки, а Гаркуша все еще не слал весточки. Как видно, в тайге происходило что-то неладное…