- Кое-какие правила придется добавлять уже в процессе. Так надо. - зашептал, касаясь губами ее щеки. - Ка ты думаешь, у тебя получиться спасти Громовых? Хватит терпения и послушания?
Ленка прикрыла глаза и медленно повернула голову.
- Я буду стараться,- прошептала ему в губы, уверенная в том, что он ее сейчас поцелует и не ошиблась.
Славку повело. Он с трудом оторвался, стараясь заглянуть ей в глаза , но они были закрыты.
- Я буду очень хорошим хозяином, Лялечка. Ты не пожалеешь. Дай мне понять, что ты даешь согласие на все мои действия, дай знать о своем полном доверии и подчинении мне, как твоему хозяину.
Ему пришлось немного подождать прежде , чем Ленка тихо сползла на пол и стала на колени у его ног.
Она надеялась, что Гольцман, проводив к спальне , успокоиться и оставит ее в покое но он, по-видимому, решил закрепить успех. Прикрыл дверь, притянул ее к себе и снова поцеловал, на этот раз мягко.
- В присутствии хозяина, если не было других указаний, самая лучшая поза, это на коленках. Так ты выражаешь ему свое уважение и готовность подчиняться, - тихо заговорил, щекоча дыханием и губами ухо.
Ленка, стараясь не смотреть на него, снова стекла на пол. Гольцман присел рядом на корточки.
- Ты умница, я в тебя верю, у тебя обязательно получиться спасти Громовых, - все так же тихо ей в волосы.
Затем встал и уже нормальным голосом сказал.
- Можешь подняться. Вот, возьми, - он протянул файл с листами печатного текста. - Выучи к завтрашнему дню. Спрашивать буду с утра. Спокойной ночи.
Ленка подождала, пока утихнут шаги за дверью и еле волоча ватные ноги поковыляла в ванную. Прислонилась к прохладной плитке стены и снова, да что ж такое , оказалась на полу - ноги не держали. Через несколько минут начался отходняк. Ее потряхивало. Дышать стало трудно. Ничего не хотелось. С трудом заставила себя раздеться и залезла в ванну. Открыла теплую воду. Через время ее отпустило , но она не спешила вылезать. Оказывается вода хорошо успокаивает нервы и прочищает мозги.
- Зачет за выдержку, отлично,- прошептала, направляя струю душа себе в лицо.
Даже руки неметь стали от сильного желания врезать Гольцману по морде. Хотелось кричать и высказать все этой уродской семейке, а потом свалить отсюда, но она сумела сдержаться.
- Учишь меня, да? - сказала непонятно кому.- Ну, учи ,учи. Может из меня толк и будет.
Мокрое, бледное лицо застыло в гротескной маске, стараясь удержать рыдания. И снова маленькая победа, слезы удалось загнать поглубже.
- Прости, плакать буду когда - нибудь потом, сейчас не время.
" Меня обманывать не трудно, я сам обманываться рад. Так, кажется сказал один гений. Это про меня. Видела ведь все, понимала. Пусть не до конца, но все равно... Собаки, охранники. Каждый раз разные. Окно круглое смотровое в их домике, весь двор , как на ладони. Думала, когда захочу, уйду, никто не держит. Хрен там, до ворот не дадут дойти. В доме Галька со Светкой постоянно где-то рядом мелькают. Наверняка камер кругом понатыкано, просто они ими не светят. А этот утырок прав, я действительно наивная дура. Но, твою ж мать, столько говна кругом , хотелось хоть немного хорошего. Да уж, настоящая ложь умеет лицедействовать. Ну, ладно, как там Степаныч говорил:" Когда убить или убиться, постарайся словить кайф от дерьмовой ситуации." Нет, не точно, но смысл тот же. Итак, что мне грозит в случае, когда я скажу свое упрямое" нет ". Вариант первый. Если Димка меня уже продал и вся затея с его подачи, то пресовать будут не просто жестко, а очень жестко. Скорее всего подключиться и Андрей, пока Димка в госпитале, а когда выйдет, то и сам. В таком случае большой им хрен с маслом. Мараться убийством по любому не будут. Вариант второй. Димка еще не в курсе, его посвятят в последний момент, когда уже закончат меня дрессировать. Опять же, будут прессовать, но только один Славка со своими уродцами. Андрей вмешиваться не будет, побоиться. Ничего серъезного мне не сделают. Максимум пара, тройка порок , чтобы прогнуть. Не сильных, шкурку побоиться портить. И снова опять хрен им с маслом. А если не побоиться? И почему я думаю, что Димка за меня заступиться ? Почему я вообще думаю, что он меня любит и ничего плохого мне не сделает? Потому, что я наивная влюбленная дура. А теперь включаем мозги. Скорее всего я его толком то и не знаю. В таком случае, со мной могут сделать все , что угодно. По крайней мере еще пять месяцев, пока я не пройду полный курс лечения, то бишь испытания препарата, меня поберегут. А вот потом действительно может быть что угодно. А что будет, если я , как паинька, проблею послушное "да". Хотя, чего уж там, уже согласилась, но ведь могу и отказаться, причем в любой момент. Надо точно узнать, не развод ли то, что мне поют про Громовых, про их тяжелое положение да про опасности всякие. Завтра послушаю, о чем будут говорить с Андреем, тогда и решу. А сейчас устала , сил нет. Спать, только спать. "