За три с половиной месяца пребывания в стенах школы он сидел в карцере более десяти раз. В основном за драки.
В школе секспросвет был поставлен на широкую ногу, а нетрадиционные отношения между мальчиками совсем не осуждались, а даже наоборот. Преподаватели и воспитатели веселыми шуточками и подмигиваниями , хоть и не явно, но поощряли подобные увлечения воспитанников.
При поступлении в школу, Славку по уровню знаний определили в старшую группу. В классе он оказался самым младшим по возрасту, да и роста был среднего. Поначалу к нему присматривались, а он в свою очередь присматривался к однокашникам. Лидера и его группу поддержки определил сразу. Крепкого телосложения брюнет, самый высокий в классе по имени Оливер.
Славка Гольцман был стопроцентный еврей, но он был русский еврей и в школе его воспринимали именно как русского. Пожалуй, только это и спасло его от проявлений мужской " любви " в первое время.
Он не хотел уезжать из дома, ему и так было плохо, а тут еще этот Оливер стал приставать. Он и не понял то сразу ничего, хотя слышал смешки вокруг. Дошло, когда тот зажал его в углу раздевалки и поцеловал. Ему это удалось потому, что Славка просто растерялся. С этой минуты началась война. Он и сам от себя не ожидал, но оказалось, что ему присуща была не очень хорошая особенность в драке напрочь терять голову и становиться, что называется, без тормозов. За что и сидел регулярно в карцере, предварительно выслушав от директора лекцию о демократии и толерантности. Славка был уверен, что его отчислят, просто не могут оставить в стенах солидного образовательного учрежления такого драчуна, но дирекция молчала в тряпочку и родители о его тяжкой жизни ничего не знали.
Условия в закрытой школе были во много спартанскими. Кормили не ахти как. Овсянку Славка и раньше то не любил , а здесь просто возненавидел. изо дня в день приходилось подчиняться четкому расписанию, за нарушение которого можно было угодить в карцер. К счастью в учебном здании находилась большая библиотека, а он книги любил. Был в наличии и компьютерный зал. Славка вообще рос правильным мальчиком. Колесами не закидывался, не курил, алкогольне употреблял и сексом пока не интересовался. Так что после уроков он обычно сидел в библиотеке и делал домашнее задание или просто читал, а по вечерам шел в спортзал, где вместе с другими ребятами и тренером гонял мяч.
Жил он в одной комнате с русоволосым голубоглазым мальчиком Генри, который был на год моложе его самого. Природа наделила Генри легким , доброжелательным нравом и общительным характером. Славка сразу же с ним подружился , хоть они и учились в разных группах , а больше подружиться ни с кем не получалось. Когда началась война с Оливером и он отсидел свой первый срок в карцере, Генри с присущей ему непосредственностью спросил,
- Почему ты не хочешь встречаться с Оливером? Он тут самый авторитетный. Да я был бы счастлив, сделай он мне такое предложение.
Они валялись на кроватях в своей спальне, готовясь ко сну. За окном стояла промозклая туманная ночь. Славка аж принял сидячее положение, прифигев от слов друга.
- В смысле? Я не пидарас.
Генри тоже сел.
- Слава, это плохое слово. Не говори так больше никогда, пожалуйста.
Он смотрел на Славку своими чистыми голубыми глазами.
- У меня папы геи и я тоже гей.
Тот молча потрясенно таращился на мальчишку.
- Они меня очень любят,- просто сказал Генри. - Даже специально растянули перед тем, как отправить сюда.
Славка ничего не понял , поэтому снова повторил свое тупое " в смысле" . Генри слез с кровати.
- Ну, что тут непонятного? Растянули, чтобы в случае чего мне не больно было. - и поскольку друг не подавал никаких признаков понимания, повернулся к нему спиной и ткнул пальцем в трусы.
- Вот тут все растянули. Святая Дева Мария, ну, что ты как маленький. ?
Гольцман младший смачно и заковыристо выругался по -русски, молча оделся, игнорируя взволнованные вопросы Генри и вышел во двор общежития.