Всю следующую неделю Генри ходил за Славкой, как приклеенный и постоянно норовил заглянуть ему в глаза.
А потом его вызвал к себе директор и объявил, что за неподобающее поведение его ждет наказание,
не уточнив, правда , за что именно, но Славка спорить не стал. В карцер могли посадить по многим причинам, в том числе и за пререкания с преподом или воспитателем.
На ужин принесли надоевший пудинг и компот из ягод. Славка поел и его сморило в сон.
-
46
Карцер представлял собой узкое длинное помещение без окон с кроватью и столом с табуреткой. У дальней стенки стояли унитаз и умывальник с полотенцем и мылом. Под потолком висела лампочка, которую на ночь выключали. Кормили три раза в день едой из столовой. Даже в карцере ученикам не разрешали лениться. Учебники и письменные принадлежности были обязательным атрибутом наказания. Если не выучишь то, что задали, то наказание продлевали. В нем всегда было холодно, спали не раздеваясь и занимались, обычно , сидя в кровати под тонким одеялом. В карцер могли посадить на разное время, начиная от пары часов и до нескольких дней. В школе применяли и другие наказания, но карцер считался самым жестким из них и применялся практически в двух случаях - за драку и за неуважительное отношение к преподавателям.
Славка не знал, да и не думал о том, что он побил некий рекорд в школе, отсидев в сером мешке по совокупности много дней. Никаких других нарушений , кроме драк за ним не числилось и он, сам того не желая, стал своеобразной знаменитостью в ее стенах.
Проснулся или, скорее, очнулся он от того, что его кто-то раздевал и стало холодно. В карцере горел свет и Славка не на шутку перепугался, увидев склонившееся над ним лицо в маске. Он хотел вскочить, но тело было вялым и почти не слушалось, а вместо крика получался слабый писк. Насильник не спешил и сначала была длинная умелая прелюдия, в результате которой Славка возбудился. Самое поганое было в том, что боль сопровождалась взрывом оргазма и под конец он потерял сознание.
Это был не Оливер и не кто-то другой из учеников, а взрослый сильный мужик и ему, Славке, что-то подмешали в еду или компот, чтобы не сопротивлялся.
Под утро он пришел в себя от холода. Сильно болел зад и щемило губы. В горле застрял тугой ком. Когда включили свет, он ,все-таки, встал , оделся и даже умылся, вымыв лицо и особенно губы с мылом. Принесли утренний ланч , но он к нему даже не притронулся. Вскоре пришел старший воспитатель и отвел Славку в общежитие прямо к нему в спальню, не забыв прихватить и учебники, которые лежали на столе в карцере. На вопрос, как он себя чувствует и почему отказался от ланча, Славка не ответил. Воспитатель как-то странно посматривал на него и то ли хотел что-то спросить, то ли что-то сообщить, но не решился и , наконец , ушел даже не упомянув про уроки.
На обед он не пошел, так же , как и на занятия. Он был просто не в состоянии никого видеть. Но после школы вернулся Генри, а с ним неожиданно зашел Оливер.
- Я удивлен, русский. За что тебя снова в карцер упрятали ? Вроде все физиономии целы, никто не жаловался, - спросил , по хозяйски развалясь на его стуле.
- Тебе то что?- вот только Оливера ему сейчас не хватало.- Может не угодил кому-то.
Оливер лыбился, показывая свои ровные белые зубы.
- Нам сказали, что ты простудился в этой крысиной норе. Вот, держи, - и он небрежным жестом бросил на грудь лежащего Славки упаковку парацетамола, которым тут лечили почти все. - Я тоже не раз загорал там на отдыхе. Это ты еще долго продержался и только сейчас заболел, а я после первого же раза сопли на кулак наматывал. - Оливер поднялся,- О кей, поправляйся, а то без тебя как-то скучно.
Генри все-таки настоящий друг, принес ему булочки и чай и не отстал , пока Славка все не съел. На занятия он больше не пошел, забив на угрозы воспитателей. Торчал в инете, валяясь в кровати , да выходил во двор общежития подышать свежим воздухом. А через несколько дней состоялся сеанс связи с родителями.
С теж пор прошло немало времени. Он закончил школу, но уже дома, потом университет, ходил в офис на работу и помогал отцу. На радость родителям и чтобы не огорчать их , он завео себе девушку из хорошей семьи. Она училась в университете , как и положено, в Лондоне и приезжала домой на каникулы. Они переписывались с ней и Славка, чтобы поменьше заморачиваться, поставил у себя на телефон программу, которая автоматически сбрасывала ей поздравления с днем рождения и другими праздниками.
Он ничего не забыл, но память, щадя его психику, провернула хитрый финт, преподнося картинки прошлого, как старое затертое кино с помехами - вроде бы было, а вроде бы нет, вроде бы с ним , а вроде и не с ним вовсе.