- Я не понимаю , что мне делать. Ушла бы уже давно, но не знаю как.
Сидела, уткнувшись лбом Степанычу в грудь, в кольце его рук. Очень сильно хотелось выговориться, а этот широкий дядька, он ведь такой..., надежный, что ли. И еще он хороший. Ленка это чувствовала. А, может быть, ей просто нужен был хоть кто - нибудь, кому бы она могла доверять.
- Наталья Ивановна пообещала помочь, но, наверное, ничего не получиться. Они камеру поставили, - Ленка снова всхлипнула.
- Ну, все, все, поплакала и хватит, - теплые руки Степаныча согревали голую спину, создавая ощущение уюта. - Ты мне вот что лучше скажи, тебе ведь Наталья Ивановна помогла тогда сбежать, верно ?
- Угу.
Степаныч оторвал Ленку от себя, немного отодвинулся, заглядывая в глаза,
- Лена, у нее свои интересы. Послушай меня, я то знаю, кто тут чем дышит. Она, конечно, сладко поет, но доверять ей нельзя.
- Да, как же..- расстерянно залепетала было Ленка, но он вдруг неожиданно положил ей палец на губы. Всего на пару секунд, но жест был настолько интимный, что она потрясенно застыла.
- Т-с-с...Ты тут никого не знаешь и в людях, уж прости, не разбираешся, но ты хорошая, порядочная девушка. Иначе я бы и не посмотрел в твою сторону. Пойми, у каждого свой интерес.
- И у вас? - спросила, теряясь в догадках.
- У всех, - сказал веско.
Ленка неосознанно потерла ладони о мягкий ворс свитера у него на груди.
- Степаныч, миленький, - протянула просительно, - помогите мне сбежать, а ?
Он снова крепко прижал ее к себе.
- Ну, и куда ты собралась бежать ? На кладбище ? Не глупи.
Ленка обиженно засопела, даже попыталась оттолкнуть его, но Степаныч и не думал отпускать , тихо баюкая в своих обьятиях.
- Тут расклад то какой, ты сейчас слушай , да запоминай. Дмитрич препарат этот свой испытывает уже давно, и ты не первая, были и другие пациенты. В том, что все пройдет хорошо, он уверен. Я точно знаю, так что на этот счет вообще не переживай. Ну, чего ты, чего ? - он как будто почувствоал ее недоверие. - Да я сам слышал, как Дмитрич сказал, что к новому году опухоль должна выйти. Твой интерес, Лена, в том, чтобы выздороветь. Это главное.
- А какой интерес у Натальи Ивановны ? - неожиданно спросила Ленка, все таки высвобождаясь из обьятий Степаныча.
- Не забивай себе голову, просто сама подумай, чем для тебя может обернуться ее помощь.
Ленка вздохнула,
- Да я все понимаю, только...
-Что?
-Боюсь я их, - она имела в виду Громовых, - раньше не боялась, а теперь, вот..., и с игрой этой придурковатой ничего не понимаю, что, зачем?..
Степаныч потер подбородок, раздумывая.
- Тут, наверное, все вместе, и как защита от глюков, ну и, - он посмотрел на Ленку, - да просто нравиться мужикам, когда ты голенькая, антураж этот... Да, что я тебе говорю? Ты, как женщина, и сама все должна понимать.
Черт его знает почему, но ей сейчас очень хотелось сильно так, до хруста в костях, потянуться. Этот мужик с бандитской физиономией как - то странно на нее действовал:, как будто бы силы в нее вливал. Точь в точь, как в прошлый раз. Не удержалась и , хоть без видимого движения, но, напрягая мышцы, все-таки потянулась. В теле вдруг стало хорошо, а за ним и на душе полегчало.
- Степаныч , я вам так благодарна ,- искренне сказала Ленка , проигнорировав его последнюю реплику. Что там понимать то? По ее мнению, бред все это, но она, конечно, же ничего такого не сказала.
Степаныч поднялся, огляделся, подошел к шкафу и, раздвинув дверцы, стал что-то делать внутри.
- Лен - ,сказал он , выглядывая из шкафа, - пообещай, что больше не будешь бузить. Мы тут все за тебя переживаем. И на Громовых ты не сердись . Им надо было тебя заставить, вот и ломали . Ну, хотят они, дай ты им эту чертову игру, всем только лучше будет.
Ленка полусидела в постели прикрытая одеялом и размышляла над словами Степаныча. Занятие не из легких , мозги то ватные. Наконец, он задвинул дверцы.
-Я тут шурупы выкрутил. Иди сюда, покажу.
Ленка встала, прикрылась и, стараясь не шлепать босыми ногами, подошла к Степанычу.
- Вот эти шурупы вынешь и приподнимешь доску, поняла ? Комп принесу, как только смогу. Я тебе новый купил, - и подмигнул. Ленка разулыбалась, сама от себя не ожидая такого. Она так и стояла у шкафа, когда Степаныч уходил.
- Мне когда хреново было, когда ничего изменить не мог, или прибить, или самому прибиться, я старался всю хреновину воспринимать, как кайф. Попробуй, оно не сразу, но помогает.