Все было не так, не правильно все было . Ленка рванулась , забилась, изо всей силы отталкивая от себя Степаныча.
- Что?.. Что? Чего?.. - он смотрел на нее мутными, затянутыми пеленой похоти глазами . Она еще раз толкнула его в грудь: " Уйдите" - сказала очень громко, медленно отползая к другому краю кровати.
Степаныч молча наблюдал, как она путается в одеяле, потом затряс головой, обеими руками с силой растер лицо . " Черт ,- встал, - напугал? не хотел, так получилось.
Он неслышно пошел к двери, постоял, потом вернулся.
- Ты не торопись. Это не только мне, но и тебе нужно. Я ведь и помогу, и поддержу, да и разрядка тебе не помешает. Подумай сама.
Ленка молча таращилась, не в состоянии выразить словами то, что творилось у нее в душе.
Степаныч ушел. Ленка сползла с кровати, добралась до окна и , свернувшись клубком ,прислонилась пылающим виском к прохладному стеклу. На душе было мерзко, как будто бы ее сейчас предал близкий человек, даже не так, по ощущениям это была попытка инцеста . Никогда ничего подобного не испытывала . А ведь Степаныч был ей чужим человеком.
Долго сидела так, не чувствуя, что ноги уже давно затекли , вообще никак себя не ощущая. Накрыло понимание того, что Димке она не нужна, никогда не была нужна, так, развлекался от скуки; что все было ложь и это его " будущая жена" тоже ложь. Она здесь никто и звать ее никак, сделать могут, что захотят , да и делают и Степаныч тому подтверждение . Одно слово :" Подопытная".
Уснула только под утро . Долго разминала затекшие ноги, потом увидела ноут на тумбочке и с трудом, но, все-таки, заставила себя спрятать его, подумав при этом, что Степаныч теперь заберет , а затем подумала, что, может , и не заберет, но, в общем то , ей было все равно.
20
Утром Громов никак не мог ее разбудить, а когда стащил с постели и попытался поставить на ноги, то она , так и не открыв глаза, безвольно сползла на пол. Он и тормошил ее и по щекам хлопал - не реагировала. Подтягивала коленки повыше к груди и продолжала спать.
- Андрей, что с ней? - Димка занес безвольное тело в процедурную.
У нее был слабый пульс и заниженое давление, ватка с нашатырем заставила Ленку сморщить нос и отвернуться. На угрозу быть выпоротой здесь и сейчас она отреагировала слабым вздохом, а затем спокойным дыханием спящего человека. Несколько звонких шлепков по болезной заднице ничего не дали - она только поморщилась, но глаз не открыла.
- Прекращай придуриваться, - злился Андрей, - ты не настолько плохо себя чувствуешь. Будешь наказана.
Ее уложили в ванну, где она постаралась опять свернуться в клубок, и обдали сильной струей холодной воды. Снова ничего не добились.
Доктор все процедуры все равно провел, но делать это с бесчувственным, ни на что не реагирующим телом, та еще задачка. Накормить тоже не удалось. Кто сказал, что можно силой заставить есть? Это если боишься захлебнуться, то да, но Ленка не боялась, она даже хотела этого, а вот Громовы боялись.
- Зараза мелкая. Ты что творишь? - Димка отставил тарелку , схватил ее поникшие плечи и с силой тряхнул. Он впервые ее обозвал. Они усадили ее в кресло здесь же в процедурной и попытались накормить. Схватил за подбородок, приподнимая бледное с закрытыми глазамии и с темными кругами лицо.
- Я сам лично тебя выпорю, стеком, неделю не сядешь.
Нет, Ленка не сошла с ума и не уплыла в нирвану на почве нервного срыва, просто с утра действительно никак не могла проснуться, уснула то под утро, а когда Димка ее растормошил, опять сработало упрямство, помноженное на выводы, сделанные ночью. Она мысленно послала его нахрен, стремясь снова вернуться в сладкие обьятия Морфея. А он мешал, злился, да еще и братец этот его... В общем нашла коса на камень. Чем больше они пытались ее сломить, тем сильнее было молчаливое сопротивление.
Вот так вот, без слов, без криков и слез, без страха, за плотно закрытыми шторками век , в темноте было намного лучше, уютнее, что ли и безопаснее.
Оставшись, наконец, одна у себя в комнате, Ленка отоспалась и , проигнорировав требование Павловны поесть и позаниматься с Натальей Ивановной, устроилась в кресле у окна. Сидела , смотрела во двор и на рыжую собаку.
- Сегодня вечером будут бить ,- подумала она, - ну и пускай, может убьют. А что, сердце не выдержит и все. А если выдержит? Пошли на х.й, - ругнулась, употребив крепкое словцо. - Обломятся, суки. Все равно по - ихнему не будет.
Немного погодя она захотела выйти из комнаты, но дверь оказалась заперта. Ожидаемо, впрочем. До самого вечера Павловна таскала ей подносы с едой, но Ленка ни к чему не притронулась даже. Зачем нажираться то. Ей силы не нужны. Наоборот, когда будут бить, может, скорее сознание потеряет.
Чтобы как-то отвлечься от таких мыслей, Ленка стала вспоминать, что же она там написала в последней главе своей книги , а потом начала мысленно писать продолжение. Получаться стало далеко не сразу, а только под вечер, перед приездом Громовых. Голова была пустая и мысли ворочались, как тяжелые жернова. Она была уверена, что это все лекарства.
- Что он там такое насинтезировал, гад такой.?