Этот монолог Дмитрий Андреевич слышал уже много раз и даже знал наизусть в разных вариантах. Да, работать он ей запретил и в садик мальчишку отдавать тоже запретил. Правда, деньги поначалу давал, пока однажды ему не позвонила бывшая теща и не здала Анжелу с потрохами.
Пацану тогда еще и годика не было, а мамаша уже стала подыскивать себе следующего мужа . А где его искать, как не по клубам да барам? Теща жаловалась, что Анжелочки долго нет и дозвониться к ней она не может, а ребенок слишком маленький и плачет, а у нее ночное дежурство. Он тогда приехал, пожалел ее, она врачом в больнице работала, а на мужа, его бывшего тестя побоялась оставлять, он с младенцами вообще не умел управляться.
После этого Анжела не получила от него ни копейки. Все, что надо в дом поставляли, доктора в семье были свои, куда надо возили. Как сказал Андрей:," Ты либо брось херней маяться, либо гайки подкрути, а то не заметишь, как станешь на побегушках у нее бегать." Про побегушки он , конечно, загнул, но ,в общем то, был прав. И про херню тоже. Ребенок то не его.
26
Анжела была его второй женой. Познакомились на новогоднем корпоративе. Он тогда только начал сколачивать свой холдинг. Так, подгреб кое - что под себя.
Все эти праздники, подарки детям сотрудников, поздравления с днем рождения - это все Люда завела. Он только добро дал и больше не вмешивался. У него с секретаршей договор был - весь интим только в рабочее время. У нее дети, муж и ночевать она должна дома. Люду Громов уважал, поэтому договор никогда не нарушал.
Анжелу до того корпоратива он как - то не замечал, хотя она тоже у него работала. В бухгалтерии. Ви дел, конечно, но рассмотрел только на той гулянке. Она ему понравилась, как раз такая, как надо. Предложил поехать к нему. Согласилась. А когда утром проснулся , она уже хозяйничала у него на кухне.
Стали встречаться. Все было хорошо. Анжела умела вкусно готовить и Дмитрий это оценил. Любил хорошо поесть. И вещи свои по его квартире никогда не разбрасывала. Громов терпеть не мог бардака. Про женитьбу он тогда не думал, присматривался к ней. Да и встречались они всего ничего. Чуть больше двух месяцев.
А потом Анжела сказала, что беременна от него. Он охренел и ... обрадовался. Нет, Дмитрий не делал ребенка специально. Анжела уверяла его, что пьет таблетки.
Всегда предпочитал, чтобы контрацепцыей озаботилась партнерша. Не любил он эти резинки. А тут, бац, беременность, да еще и такая неожиданная. Но он обрадовался. Наверное, потому, что всегда хотел нормальную семью, чтоб дети по дому бегали, жена всегда под боком... Да и Андрюхе завидовал. Тот ведь был уже женат, правда детьми еще не обзавелся.
В общем, с Анжелой они тогда поженились. Все, как она хотела - белое платье, фата, ресторан.. Потом свадебное путешествие. Он не хотел никуда ехать. Она ж беременна, какие перелеты ? Но Анжела настояла на своем, заявила, что прекрасно себя чувствует и ничего с ней не случится. Ну, ладно, повез.
Отдохнули хорошо. Громов был доволен и даже счастлив.
Когда вернулись, решили, что им нужен дом, чтобы ребенку было где побегать. Он тогда и Андрея к этому делу подключил. Заказали проэкт дома на две семьи. Но с Андрюхи в таких делах пользы, как с козла молока. Этот гребаный алхимик сутками чах в своей лаборатории, да плюс клиника. Так, что строительство дома, как и холдинг, полностью легло на плечи Дмитрия.
У Анжелы на четвертом месяце начался токсикоз и он сразу же забрал ее с работы. Нечего ей там делать, пускай сидит дома и занимается своим здоровьем. Громов тогда так озаботился, что попросил Андрея помочь и сам лично отвез Анжелу к нему в клинику.
Лучше б не просил.
Брат и лучший друг зачем - то очень настырно пораспросил его, когда и как у них с Анжелой все было. Залез, сука, в самый интим , а потом заявил, что по срокам чуть - чуть не сходится и скорее всего Анжела беременна не от него.
От расстройства чувств Дмитрий врезал ему прямо в кабинете. Хотя, причем тут Андрюха ? Сам лоханулся, дурак.
Анжела в это время сидела после осмотра в вестибюле и пила чай с пирожными, даже не подозревая о том, какие страсти сейчас происходят в кабинете у доктора, который тогда и спас ее от скандала и разборок.
- Не вздумай ей чего - нибудь вякнуть , придурок, - говорил Андрей, смывая над раковиной кровь с разбитого лица. - Ей нервничать сейчас вообще нельзя. Еще, не дай бог, абортируется или на ребенке все скажется.
Он заклеил пластырем разбитую губу.
- Как хочешь, но до родов не трогай. Заткнись, короче, и помалкивай.
Скорее всего это страшное слово " абортируется" и удержало тогда Громова от поступка, о котором он потом наверняка бы пожалел.
Ни в тот день , ни на другой, ни в последующие он ничего не сказал жене.
Родственники, узнав о ее беременности, задолбали ездить в гости, да и их с Анжелой к себе таскали. Он как - то даже не заметил, когда вместо обиды на нее и злости на себя в груди родилась, а потом окрепла надежда, что ребенок все - таки его.
Андрей сказал, что тэст надо делать только после родов, сейчас, во время беременности не желательно. Не то, чтобы он ждал этой экспертизы, просто старался не думать о том, как поступит, если результат будет отрицательным.