Они спустились на этаж ниже и доктор усадил ее на диван у окна . Здесь коридор расширялся и переходил в довольно болшую нишу. Ленка с облегчением избавившись от его присутствия, с удовольствием уставилась на зимний пейзаж за окном. Уже давно такие вот незначительные , мелкие детали повседневности, как вид этих заснеженных деревьев или искрящийся снег под лучами солнца или прогулка, хоть и под конвоем, стали составляющими радости в ее жизни.
Детский смех визг и топот ног заставили Ленку отвлечься от созерцательной терапии. В ее одинокое и уютное пространство вихрем ворвались мальчишки. Те самые. И растеряно застыли на месте. По - видимому, это был их любимый уголок, а теперь его заняла какая - то тетя .
- Еще раз привет, - сказала Ленка улыбаясь. - А меня Леной зовут. Я, наверное, ваше место заняла, но уж простите, уйти никуда не могу. Сказали здесь ждать.
Мальчишки молча подошли и уселись рядом.
- А ты невеста дяди Андрея ? - спросил светленький.
Ленка даже растерялась, - Я..? Нет. С чего вы это взяли ?
- Мама сказала,- ответил темненький и поерзал на сиденье.
- А ты тоже заболела ?- снова полюбопытствовал светловолосый.
Она немного зависла, думая, что ответить этому любопытному ребенку, но тут в коридоре послышались тяжелые шаги.
- Опять крокодил гулять вышел,- тихо сказал темненький.
- Не,- ответил второй мальчик,- я ж тебе уже говорил, он на крокодила не похож... Ш-ш-ш,- шикнул он, давая понять, чтобы все замолчали.
Улыбающаяся тетя дружелюбно посмотрела на мальчишек. Забавные. Играют во что-то.
Топающий человек , следуя по коридору, прошел мимо того места, где они сидели, и она почувствовала, как у нее из легких вышибает воздух. Это с ней всегда так, обычная реакция на глюк. То, что только что прошлепало когтистыми лапами по плитке, было почти квадратное с бугрящимися мышцами и головой без шеи, но в обрамлении кожистых складок.
Чьи-то маленькие руки толкали ее в бок.
- Тетя, отпусти, ты меня придавила .
Оказалось, она неосознанно прижала к себе детей и теперь как дура извинялась, не зная, как оправдаться.
- Все нормально,- сказал мальчик,- он уже ушел.
Понадобилось где-то с минуту, чтобы переварить услышанное. Дети сидели тихо. Потом тот, который рядом, подергал ее за рукав, обращая на себя внимание.
- Ты тоже их видишь, - он не спрашивал. Утверждал, внимательно глядя на Ленку совсем не детскими глазами.
- Ты не бойся, - сказал другой,- они никого не трогают.
- Они плохие,- добавил первый и стал болтать ножкой.
Ленка , наконец, рвано вдохнула застрявший где - то в горле воздух и закашлялась.
- Так,- уверенно сказала, немного отойдя от шока, - мальчики, ничего такого на самом деле нет. Вам же мамы рассказывали, что это только кажется и скоро пройдет.
Сколько раз ей самой говорили такую и похожие фразы. Сколько раз сама твердила ее себе, как заклинание. Она стала для нее почти молитвой, чтобы окончательно не спятить и хоть как-то удержаться в реальности.
- Это не глюки, - возразил мальчик. - Они живут среди нас. Просто их никто не видит.
Ленка зачем-то обняла и прижала детей к себе, как будто бы старалась укрыть их. От чего? В мозгу навязчиво крутилась какая-то мысль. Ей надо было что-то сказать этим детям, от чего-то предостеречь. Аж голова заболела от напряжения. Есть! Она поняла, что нужно говорить.
- Мальчики, болше никому не рассказівайте о том, что вы их видите и не рисуйте их больше, а то я сегодня слышала, как тетя врач говорила другой тете, что вас за это хотят в тюрьму посадить. Специальную такую, для детей.
Она хотела сюда и Андрея приплести, но в последнюю секунду поняла, что лучше не надо, не поверят еще, и, что бы закрепить эффект, а он, несомненн был, добавила,
- Только вы никому о том, что я только что сказала не признавайтесь, даже мамам и папам, а то решат, что вы обманываете. Просто сегодня и завтра и всегда говорите, что больше глюков нет и все .