Ей снился странный сон. Ленку целовали. Нежно, едва касаясь ее губ. Порхающие, дразнящие поцелуи спускались по шее к груди и обратно. М-м-м.., какой приятный сон. Впервые, никогда раньше... Только Димка мог когда-то, очень давно.. Узнаваемо укусили за мочку ушка, лизнули, пососали и снова порхающие поцелуи. Боже, что за наваждение... " Соскучилась"- прошептала на грани слышимости и ощутила на своих губах мягкое, теплое прикосновение, которое стало вдруг настойчивым. Алкогольный дурман не позволял ей окончательно проснуться, хотя Морфей уже начал отступать и Ленка остро ощутила, что во рту у нее хозяйничает чей-то язык. По всему телу разлилось томное желание, концентрируясь и пульсируя где-то внизу. Потом все исчезло и ее внезапно обдало прохладой. Она резко открыла глаза, просыпаясь. Вырываясь из темноты, царящей в комнате, над ней зависло белесое облако. Ленка в ужасе закричала, но крик утонул в чем-то мягком и теплом, накрывшем ее рот. Она оцепенела, улетая в темноту беспамятства. Приходить в себя стала от острого, почти болезненного чувства. Тело горело и требовало разрядки. Ленка выгнулась и закричала. Ей казалось, что она кричит потому , что наслаждение сконцентрировалось на кончиках сосков и в самом низу и никуда не уходило. Когда все медленно схлынуло, пришло понимание, что у нее там внутри что-то двигается, причом везде, и она знала, что это чьи-то пальцы, но было уже все равно. Такая нега накрыла, что лень пошевелиться.
Тело еще сотрясали послеоргазменные судороги, когда она почувствовала, что скользит куда-то вниз. Голова кружилась и чудилось, что она падает, падает, падает... Пытаясь остановить это скольжение в никуда, руки за что-то цеплялись, пока , наконец, под коленями не почувствовалась твердь. В открытый рот, - и почему он открыт?, - что-то ворвалось, бархатистое, нежное, но уж слишком большое. Ленка никак не могла это выплюнуть, сколько ни елозила по нему языком в попытке освободить свой рот. Оно сильно толкалось ей в горло, вызывая рвотные позывы. Из глаз хлынули слезы, и воздуха не хватало. В одурманенном мозгу промелькнула мысль, что ей на затылок упала стена и сейчас давит на голову, не давая возможности освободиться. Она задыхалась, в панике продолжая хвататься руками, которые скользили и ни на чем не могли остановиться. Наконец этот ужас прекратился и рот заполнился чем-то солоноватым и вязким, а потом в истерзанное горло полилась благословенная прохлада. Живительная влага доставила такое удовольствие, что Ленка аж застонала и подняла тяжелые мокрые веки. Несколько секунд всматривалась мутным взглядом в нечто светлое и бесформенное. " Чертово привидение. Изыди",- сказала вдруг громко и обмякла , проваливаясь в обморок.
В раскрытое настежь окно еще заглядывала ночь, когда Ленка то ли проснулась, то ли очнулась. Она замерзла и , чтобы согреться, свернулась калачиком. Не помогло. Тонкое одеяло совсем не грело, и под ним было не только холодно , но и мокро. Вертелась, вертелась, пока окончательно не проснулась. Пошарила под собой по простыне. Не показалось, действительно мокро. Лежала, высунув нос из-под одеяла и вдыхая морозный воздух. Потом поняла, что , скорее всего, открыто окно. Преодолевая страх, огляделась по сторонам. Начинало светать. Густая темень ушла, оставив после себя жидкий сумрак. Кутаясь в одеяло, торопливо закрыла окно. Когда она успела его открыть? Совсем не помнила. Пошлепала в туалет, но одеяло за что-то зацепилось и сползло с плеч. Поправлять не стала, бросив его на полу. Пока дошла, уже дрожала от холода. Чихнула и уселась на унитаз. Хотела взять туалетную бумагу и обнаружила, что в зажатом кулаке у нее что-то есть. С досадой разжала ладонь и не понимающе уставилась на маленькую черную пуговичку. Так и сидела, пялясь на невесть откуда появившийся у нее в руке предмет. Память возвращалась медленно, а вместе с ней пришло и гадостное ощущение какашек во рту , и головная боль. Ленка слезла с унитаза и припала ртом к крану с водой, пытаясь погасить сушняк внутри, не обращая внимания на саднящее горло. Немного полегчало, но надо было срочно пристроить куда-нибудь свою слабую тушку и она, хлопнув крышкой, снова уселась на унитаз. Пуговица никуда не делась и все так же лежала на ладони. Смотрела на нее долго и даже как-то вдумчиво, а затем громко захохотала, роняя маленький кругляш на пол. Смеялась до слез, складываясь пополам, а потом зарыдала и не понятно было, то ли она плачет, то ли смеется. Когда успокоилась, полезла искать закатившуюся пуговицу. Нашла и спустила в унитаз.