– Именно так, мистер Харрис, именно так! – слащаво улыбнувшись, как если бы общение с этим Харрисом было бы для него самым счастливым моментом целого дня, а то и всей недели, произнес клерк. – Что вам угодно?
– Вот моя банковская книжка. Мне хотелось бы получить сумму в триста двадцать один фунт стерлингов, двенадцать шиллингов и десять пенсов. В долларах, разумеется.
Когда Грин услышал цифры, он сказал уже совсем другим тоном:
– Мистер Харрис, пройдемте со мной. Мистер Браун будет рад с вами познакомиться.
Эндрю Браун оказался в какой-то мере противоположностью своему клерку. Высокий, рыжеволосый, голубоглазый, одетый по предпоследней лондонской моде – последняя, похоже, просто не успела дойти до бывших английский колоний. И только когда он заговорил, стало ясно, что он все-таки не англичанин.
– Благодарю вас, мистер Грин. Этого на данный момент будет достаточно. Только сначала принесите нам… Виски? Джин? – мистер Браун вопросительно посмотрел на клиента.
– Виски, – кивнул Харрис.
Через несколько минут бутылка искомого напитка – шотландского, как гласила этикетка, а не американской гадости – уже стояла на столе вместе с двумя бокалами, а Грин с поклоном удалился, поплотнее закрыв за собой дверь. И только теперь Браун, чуть склонив голову, посмотрел на посетителя:
– Мистер… Харрис?
– Именно так, Ричард Эзекиэл Харрис, – ответил тот. – Рад, что ваш клерк сразу понял, с кем он имеет дело, и ему не пришлось долго разъяснять, кто я и как со мной следует обращаться.
– Все мои люди получили соответствующие инструкции и были готовы к встрече с вами. Так что, чем могу быть вам полезен?
– В Балтиморе и Вашингтоне нами замечен человек, которого давно уже разыскивает правительство его величества. Зовут его Джеймс Уайт, хотя на самом деле он корсиканец, и настоящее его имя на итальянском Джакопо Бьянко.
– И его вы хотите… убить? – мистер Браун бросил быстрый взгляд на своего собеседника.
– Нет, ни в коем случае! Нам очень важно, чтобы ни один волос не упал с его головы. Ну, разве что пара синяков ему не повредит. Впрочем, желательно не бить его по голове, мы хотели бы, чтобы он и дальше сохранил ясность мышления. По крайней мере, пока он не будет доставлен в Лондон.
– Понятно… А вы точно уверены, что он здесь?
– Именно так. У меня есть свои источники информации. Но я, чтобы быть полностью уверенным, посетил несколько раз одно из мест, где он, по словам моего информатора, бывает регулярно. Позавчера фортуна мне улыбнулась – человек, который выехал на экипаже из ворот особняка, оказался именно тем, кого мы разыскиваем. Ошибки быть не может – это был Джеймс Уайт.
– И что это за особняк?
– Он находится в Райтерстауне. Проживает в нем некто Джером Бонапарт.
– Вот как? – на доселе невозмутимом лице Брауна мелькнула тень неудовольствия. – Мистер Бонапарт, он же Паттерсон – весьма уважаемый человек в здешних местах. И не только в них. И если ваш человек находится на его территории, то будет практически невозможно его выкрасть.
– Уайт там не живет – мои люди смогли разузнать, что он поселился в «Лорд Балтимор Инн» в Балтиморе под именем Жак Леблан. Но он регулярно посещает мистера Бонапарта в его особняке.
– Вот, значит, как? Ну что ж, это меняет дело. А как нам поступить с ним дальше?
– А дальше… А дальше из Балтимора в Лондон через неделю отправляется пароход «Веселая Бесси» с грузом табака. Было бы неплохо, если бы мсье Леблан – в моем сопровождении – оказался на этом судне.
– Понятно… Ну что ж… – мистер Браун на минуту задумался. – У вас есть портрет этого… Леблана, который Уайт?
– Есть. – Харрис раскрыл папку и достал из нее пожелтевшую вырезку из газеты, на которой были изображены некая довольно симпатичная дама и стоящий рядом с ней невысокий человек средних лет с весьма невыразительными чертами лица.
– Вот его портрет.
– Отлично. Наверное, будет лучше, если исполнители не будут знать, на кого они работают. И заодно предупредите людей на «Веселой Бесси», что к ним в скором времени доставят посетителя. Полностью положитесь на нас – мы все сделаем так, как надо.
– И еще. Имеется в наличии некая дама, которую зовут Диана дю Вержье. Живет она в гостинице «Кэрролтон Инн» в Балтиморе. Я бы хотел с ней, скажем так, поговорить. Но, если это будет слишком сложно, то ее можно и просто убрать – но лишь после того, как этот самый Уайт станет моим гостем.