Секунду он смотрел на меня так, будто видел впервые. Его мимика на мгновение застыла, лишенная привычного издевательства.
А затем он резко, почти грубо оттолкнул меня.
Руки соскользнули с моего горла и волос так быстро, что я едва не потеряла равновесие. Лео сделал шаг назад, восстанавливая дистанцию. Его лицо вмиг стало плоским и холодным, как маска. Он небрежно вытер кровь с губы тыльной стороной ладони, даже не глядя на руку.
— Слишком много шума из-за пустого места, — прохрипел он. Его голос больше не вибрировал страстью — он звучал сухо, почти безразлично, но в этой тишине было больше угрозы, чем в его рычании.
Он бросил на меня последний взгляд — тяжелый, как надгробная плита, — и его брови снова взлетели вверх в том самом жесте высокомерного разочарования. Он поправил воротник своей измятой рубашки, развернулся и пошел прочь по коридору своей заторможенной, хищной походкой.
Он не оглянулся. Просто исчез за дверью, оставив после себя лишь запах табака и звенящую, мертвую тишину.
Я осталась стоять в полумраке, тяжело дыша. На губах всё еще ощущался металлический вкус его крови, а кожа там, где он держал меня, горела. Он ушел так же внезапно, как и появился, оставив меня одну с этим диким чувством, что в этой игре нет победителя.
На следующее утро я решила, что с меня хватит серости. Я надела свое самое эффектное платье, идеально уложила волосы и нанесла на лицо маску «сияющей Хлои» — той, перед которой раньше открывались все двери. Я шла по коридору университета, расправив плечи, готовая вернуть себе статус королевы.
Но реальность разбилась о первый же поворот.
Атмосфера вокруг меня не просто осталась серой — она стала отчужденной. Я шла сквозь толпу, и люди не просто не замечали меня, они физически отодвигались. Это было похоже на то, как расступается вода перед чем-то опасным.
Группа парней-спортсменов, которые обычно всегда задерживали на мне взгляд, замолчали, когда я проходила мимо. Один из них, высокий блондин, который раньше засыпал меня сообщениями, внезапно замер. Я видела, как он смешно, по-собачьи принюхался, поймав воздух рядом со мной, и тут же побледнел. Его зрачки расширились, он буквально отшатнулся назад, едва не сбив своего друга.
— Что за... — пробормотал он, глядя на меня с каким-то суеверным ужасом, и тут же отвел глаза, поспешно уходя в другую сторону.
Я замерла посреди холла. Ситуация повторялась снова и снова. Стоило любому парню оказаться в радиусе метра от меня, как их мимика менялась: от любопытства к инстинктивному, животному страху. Они шугались меня, как будто от меня исходил запах смерти или... запах другого, гораздо более сильного альфы.
Я подошла к большому зеркалу в туалете и рывком откинула волосы, обнажая шею. Метка от его укуса уже не была просто красным пятном. Она потемнела, приобретя странный, почти магический оттенок, словно впиталась под самую кожу.
Я коснулась её пальцами. Она не болела, но пульсировала тем самым золотым жаром, который я видела в глазах Лео.
Я не понимала, что происходит. Почему они все бегут? Почему принюхиваются, словно чуют на мне клеймо зверя? Я пыталась сиять, но это «сияние» теперь было черным. Лео не просто ушел — он оставил на мне свою невидимую подпись, предупреждение для всех остальных хищников: «Эта территория уже занята безумцем».
Я посмотрела на свое отражение. На моем лице против воли промелькнула та самая, ломаная ухмылка Лео. Чертовщина. Он не просто укусил меня. Он отравил меня собой.
7 глава
Прошло четыре дня. Четыре дня абсолютной, вакуумной тишины. Я продолжала приходить в университет, надевала самые светлые вещи, мягко улыбалась преподавателям, но всё было бесполезно. Студенты обходили меня по дуге, а парни, едва учуяв мой запах, бледнели и вжимались в стены. Я была живым призраком с невидимым клеймом на шее.
Это медленно сводило меня с ума. Тишина давила на барабанные перепонки, и единственным способом выжить стала навязчивая мысль: ему еще хуже.
Я снова стояла на пороге дома Кассандры. Когда она открыла, я не стала врываться. Я посмотрела на неё глазами, полными слез и фальшивого, но такого необходимого мне сейчас света.
— Касси, прошу тебя... — я схватила её за холодные руки, умоляюще заглядывая в глаза. — Скажи, где он. Я знаю, он страдает. Это всё из-за его боли, из-за этой тьмы внутри.
— Хлоя, уйди, ты не понимаешь... — Кассандра попыталась отстраниться, её лицо исказилось от нервного напряжения.