Но я не позволила страху взять верх. Наоборот, я включила свой дар на полную мощность. Я буквально заставила себя сиять.
— Касси! — звонко окликнула я её, подбегая ближе.
Я затормозила рядом, сияя своей самой яркой, самой обезоруживающей улыбкой. Я выглядела как картинка: чуть растрепанные волосы, влажное от воды платье, которое только добавляло мне хрупкости, и глаза, в которых отражались огни города. Я была уверена, что любой человек, увидев меня такой, тут же смягчится.
— Вот ты где! Почему ты так резко ушла? Я испугалась, что тебе стало плохо в зале, — я ласково подхватила её под руку, всем своим видом показывая, что я — её защита и поддержка.
Затем я перевела взгляд на мужчину. Я ожидала увидеть хоть какую-то реакцию — удивление, интерес, ответную улыбку. Но его лицо оставалось неподвижной маской. Он смотрел на меня так, будто я была неодушевленным предметом, который внезапно заговорил.
— А это кто? Твой знакомый? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринужденно и мило.
Касси застыла. Она посмотрела на меня, потом на него, и в её глазах я увидела что-то похожее на обреченность. Она медленно выдохнула, словно признавая поражение.
— Хлоя, — её голос прозвучал глухо и надтреснуто. — Познакомься. Это... мой брат. Лео. Он проездом в Париже и как раз искал компанию на вечер. Он очень хотел познакомиться с моей лучшей подругой.
Я замерла, и моя улыбка на мгновение дрогнула. Брат? У Касси был брат? Она никогда о нем не упоминала. Ни единого слова.
Я снова посмотрела на него, пытаясь найти хоть какое-то семейное сходство. Но если в Касси была какая-то живая, острая тьма, то в этом человеке... в нем не было вообще ничего. Он просто стоял там, в своем безупречном пальто, и эта его пустая улыбка, которая не затрагивала глаз, стала чуть шире.
Он медленно сократил расстояние между нами, и я невольно задержала дыхание. В его движениях было что-то пугающе грациозное, почти нечеловеческое. Он взял мою ладонь — его пальцы оказались сухими и ледяными, — и изящно склонил голову, касаясь губами тыльной стороны руки.
Я замерла, ошеломленная этим жестом. Это было так старомодно и в то же время так... правильно. Я почувствовала, как по телу прошла волна странного тепла, смешанного с легким испугом, но лесть тут же взяла верх. Мне нравилось это внимание, нравилось, что этот холодный человек выделил меня.
— Наслышан о вас, Хлоя, — произнес он, выпрямляясь и глядя мне прямо в глаза. Его голос был идеально ровным, без единой лишней интонации, словно он заранее отрепетировал каждое слово. — Кассиана говорит, вы — самое ценное, что она нашла в этом городе.
Я почувствовала, как щеки обдало жаром. Я украдкой взглянула на Касси, ожидая увидеть её обычное ворчание, но она стояла бледная как полотно, не сводя глаз с брата.
— Она... она преувеличивает, — пролепетала я, пытаясь вернуть себе привычную уверенность и вновь призвать свою поглощающую ауру, чтобы очаровать его в ответ. — Но мне очень приятно. Касси никогда не говорила, что у неё есть брат. Тем более такой... вежливый.
Лео снова улыбнулся той самой пустой улыбкой, и на мгновение мне показалось, что уличный фонарь за его спиной мигнул и погас.
Когда мы вернулись к Касси, я чувствовала себя странно окрыленной. Весь путь до её квартиры я практически протанцевала по тротуару, заново прокручивая в голове сцену у кинотеатра.
— Видишь? А ты переживала! — я со смехом бросила сумку на диван и обернулась к Касси. — Твой брат — просто само очарование. Немного эксцентричный, да, но какой галантный!
Внутри меня разливалось приятное тепло.
Страх, который сковал меня в кафе, полностью испарился, оставив лишь легкое чувство триумфа. Значит, я зря себя накрутила. Мое обояние в порядке. Он ведь поцеловал мне руку, он сделал комплимент — значит, он тоже попал под мое влияние, просто по-своему, по-взрослому.
Я подошла к большому зеркалу в прихожей и начала поправлять волосы, любуясь своим отражением. В тусклом свете ламп я казалась себе еще нежнее, еще прекраснее. Я буквально светилась, наслаждаясь тем, как идеально выгляжу даже после того, как меня облили водой.
Касси в это время стояла у окна, не снимая куртки. Она выглядела так, будто всё еще была там, на улице.
— Хлоя, — тихо позвала она, не оборачиваясь. — У тебя ведь... есть братья или сестры? Ну, в твоей идеальной семье?
Я замерла, поправляя локон, и моя улыбка в зеркале стала еще шире, наполняясь теплом от воспоминаний о доме.