Касси удивленно подняла брови, вглядываясь в лицо подруги. Она видела, как Хлоя сжимает пальцы, скрывая дрожь.
— Ладно, — примирительно подняла руки Касси. — Поняла. Лео — персона нон грата. Тема закрыта навсегда.
Я смотрела на Касси, но видела лишь пустые стены того гостиничного номера. Мои пальцы до белизны сжали край чашки.
— Понимаешь, я всегда обходила таких стороной, — мой голос прозвучал тише, чем я планировала, почти как признание. — Людей, которые не реагируют на мой дар так, как положено.
Я привыкла к определенному порядку вещей. Мир для меня — это набор механизмов. Ты улыбаешься, ты чуть-чуть «тянешь» на себя их энергию, и они становятся пластилиновыми. Они отдают всё: внимание, волю, свои секреты. Это безопасно. Это предсказуемо.
— А этот... он ненормальный, Касси. Не в том смысле, что он грубый. В нем просто нет той зацепки, за которую я могла бы потянуть. Мой дар, который всегда работал как часы, рядом с ним просто захлебнулся. Это как пытаться схватить руками дым или пить из пустого стакана.
Я почувствовала, как внутри снова поднимается та вчерашняя волна паники, которую я так старательно заталкивала поглубже.
— Я не привыкла быть бессильной. А с ним я чувствую себя именно так. От него не знаешь, чего ждать, потому что у него нет дна. Вчера он целовал меня так, будто хотел не просто унизить, а стереть меня. И я не смогла взять у него ничего взамен. Ни капли.
Я резко отодвинула чашку. Звук фарфора о дерево прозвучал как выстрел.
— Больше ни слова о нем. Никогда. Я не собираюсь тратить свои силы на того, кто даже не является «человеком» в моем понимании. Это системный сбой, и я просто вычеркиваю его из своей реальности.
Я встала и подошла к окну, глядя на город. Я убеждала себя, что всё под контролем. Что этот озноб в теле — просто утренний сквозняк, а не память о том, как он облизывал губы, глядя мне прямо в душу, которой, как я считала, у него нет.
4 глава
Прошло несколько дней, и я приложила все силы, чтобы стереть ту сцену из своей памяти. И, кажется, у меня получилось. Отель, полумрак, его безумная ухмылка — всё это превратилось в какой-то мутный, нереальный сон, который бывает после высокой температуры.
Сегодня в университете было особенно оживленно. Мы с ребятами из моей группы собрались в холле, чтобы обсудить предстоящую экскурсию в новую галерею современного искусства.
— Хлоя, ты же пойдешь с нами? Без тебя это будет просто скучный обход залов! — Марк, один из моих однокурсников, смотрел на меня с тем самым преданным восторгом, который я так привыкла вызывать.
Я улыбнулась ему своей самой мягкой, «фарфоровой» улыбкой. Внутри меня снова замурлыкал привычный моторчик — мой дар работал безупречно. Я чувствовала, как легко тянутся ко мне невидимые нити внимания окружающих.
— Конечно, Марк. Я бы не пропустила это, — я поправила сумку на плече, и тут же двое парней одновременно потянулись, чтобы помочь мне.
— Давай я понесу, она, кажется, тяжелая, — предложил Том, аккуратно перехватывая ремешок.
— Спасибо, ты такой заботливый, — выдохнула я, позволяя ему почувствовать себя героем.
Я была в своей стихии. Я снова была той милой, светлой Хлоей, которую все обожали. Я смеялась над чьими-то шутками, раздавала мягкие комплименты и чувствовала, как пространство вокруг меня наполняется комфортом и предсказуемостью. О том, другом человеке, чье имя я пообещала себе не произносить, не напоминало ровным счетом ничего. Его не было в моей жизни. Его не существовало.
— Хлоя, мы забронировали билеты на субботу, — Касси подошла к нам, листая что-то в телефоне. Она бросила на меня быстрый, проверяющий взгляд, но, увидев мою спокойную улыбку, заметно расслабилась. — После галереи пойдем в то кафе на крыше, помнишь?
— Идеальный план, — отозвалась я, принимая от Марка стаканчик с моим любимым латте, который он принес, даже не дожидаясь просьбы.
Субботнее утро выдалось ослепительно солнечным, идеально подходящим для нашей поездки. К главному корпусу подогнали небольшой экскурсионный автобус, и вокруг него уже вовсю кипела жизнь.
Я стояла у входа, подставив лицо теплым лучам, и чувствовала себя по-настоящему живой. На мне было летящее платье в мелкий цветочек и светлый кардиган — образ, который всегда вызывал у людей желание улыбнуться мне в ответ.
Птицы за окном перелетали с ветки на ветку, и их пение, казалось, долетало даже сквозь шум мотора. Мир был просто прекрасен в своей простоте. Я перевела взгляд на однокурсников, которые наперебой старались привлечь моё внимание. Какие же они все всё-таки милые. Марк с его нелепыми шутками, Том, так бережно держащий мой стакан с кофе... Люди такие добрые, когда ты открыта к ним.