Жену городничего Анну Андреевну могла бы сыграть Наталья Гундарева. Но ее сотрудничество с Гайдаем вновь, как и в случае с «Иваном Васильевичем…», не состоялось. Анной Андреевной стала Нонна Мордюкова.
Наконец, третьим актером, снявшимся и в «Бриллиантовой руке», и в «Инкогнито из Петербурга», оказался Станислав Чекан (частный пристав Уховертов). И Папанов, и Мордюкова, и Чекан играли у Гайдая во второй и последний раз.
Из ранее работавших с Гайдаем актеров в «Инкогнито…» снялись также Вячеслав Невинный (Земляника), Валерий Носик (Хлопов), Михаил Кокшенов (Держиморда). Бобчинским и Добчинским стали Олег Анофриев и Леонид Харитонов. Причем все перечисленные исполнители безукоризненно соответствуют гоголевским «замечаниям для господ актеров», включенным в канонический текст пьесы.
Гайдай привлек в своего «Ревизора» еще и двух забракованных им когда-то «Бендеров» — Анатолия Кузнецова (судья Ляпкин-Тяпкин) и Александра Ширвиндта (уездный лекарь Гибнер). Роль Ширвиндта получилась фактически немой, зато в следующем своем фильме — «За спичками» — Гайдай доверит Александру Анатольевичу чтение закадрового текста.
А вот что рассказывал о своей единственной работе с Гайдаем Анатолий Кузнецов: «Мы жили по соседству, но тесно не общались. И было неожиданно и приятно получить от Гайдая приглашение сыграть Ляпкина-Тяпкина в «Инкогнито из Петербурга» по гоголевскому «Ревизору». Не так часто удается сняться в классике, а еще и Гайдай со времен «Пса Барбоса…» проявил себя своеобразным комедиографом. Комедии ведь делаются разными мазками. Вот Гайдай смеялся в своих фильмах достаточно откровенно, без фиги в кармане. И «Ревизор» у него получился занятный и не совсем по вкусу тогдашнему киноначальству. Он был достаточно крепким, настойчивым, даже жестковатым в работе. От Никулина знаю, что он требовал от актеров придумок»{200}.
Весь 1976 год прошел для Гайдая под знаком работы над «Инкогнито из Петербурга». При этом непосредственно к съемкам в этом году он так и не приступил. Зато в семействе Гайдаев произошло радостное событие — Леонид Иович и Нина Павловна справили свадьбу девятнадцатилетней дочери Оксаны.
Первым съемочным днем картины «Инкогнито из Петербурга» стало 29 января 1977 года. Снимали, разумеется, в павильонах — натурные кадры в данной постановке немногочисленны. Уездным городом, в котором происходит всё действие пьесы, предстояло стать заблаговременно выбранному Касимову, районному центру Рязанской области. Съемочная группа выехала туда в середине мая. Работа в экспедиции продолжалась примерно месяц.
Олег Анофриев вспоминал в телевизионном интервью, что в городе были большие проблемы с продовольствием. А в это время по Оке, на берегу которой расположен Касимов, ходили «интуристовские» пароходы по маршруту «Золотое кольцо». И однажды Гайдай, практически на манер своего любимого героя Остапа Бендера, воспользовался этим обстоятельством, желая устроить пир всей съемочной группе. 11 июня (правда, по старому стилю — но это никого не смутило) был день рождения всеобщего любимца Сергея Филиппова. В этот день Гайдай с Филипповым отправились на причал, дождались первого приставшего парохода и напросились на знакомство с капитаном. Через несколько минут вся съемочная группа была приглашена на грандиозный банкет в честь Сергея Николаевича. Как рассказывал Анофриев, вместо положенной двухминутной стоянки пароход в итоге не тронулся до самого утра. «Ревизорцы» пировали и веселились.
С середины июня, уже в Москве, производились последние досъемки и монтаж картины. В августе началась приемка фильма — и Гайдаю пришлось несладко. Иван Фролов подробно описал, что чувствовал Леонид Иович в эти тяжелые для него дни:
«— Скажи, что такое смех сквозь слезы? — таким вопросом вместо «здравствуй» встретил меня Гайдай.
Не догадываясь, что он имеет в виду, я ответил:
— Это элементарно. Когда, смеясь над героем, мы в то же время жалеем его, сочувствуем ему.