«В фильме, — пишет Андрей Зоркий, — встретилась старая гвардия гайдаевских актеров: Н. Гребешкова, С. Филиппов, Г. Вицин, Б. Брондуков, М. Кокшенов. И впервые у него — Лариса Удовиченко, Татьяна Кравченко, Тамаз Толорая.
Интересна роль С. Филиппова, придуманная, как известно, прямо в ходе съемки. Один из корпорации грустно прославленных «толкачей», что снуют по городам и весям, «выбивая» то, что полагалось бы получить само собой, по плану и закону. У толкача-ветерана всё написано на лице: усталость, покорность судьбе и какой-то огонек восторженного энтузиазма.
Есть и другой толкач — Тамаз Толорая, вооруженный арсеналом подручных средств — штабелями плиток шоколада «Вдохновение» и джентльменским набором… фруктов в кейсе.
В картине меньше буффонады, трюков, но больше иронии, задумчивых пауз, грустного удивления. Это новый для Гайдая стиль. Он сам озадаченно заметил:
— Это первая моя картина, в которой нет ни одной погони!
Буффонада его в другом: в самом сюжетном истоке комедии.
— Кому-то наша история может показаться неправдоподобной. Мы же убеждены, что она могла произойти. И что такие люди, как Молодцов, живут рядом с нами. Он из тех, кто не может пройти мимо бесхозяйственности, несправедливости, беспорядка, хамства»{214}.
«Опасно для жизни!» многие считают самой неудачной комедией Гайдая. Но никто не был к этому фильму более критичен, чем сам режиссер. Во время съемок он откровенно говорил своей ассистентке Марине Волович: «Снимаем дерьмо». За данную постановку Гайдай взялся только для того, чтобы не было простоя. Он не мог вообще ни над чем не работать.
Эта картина, несомненно, была для Гайдая наиболее кризисной со времен «Трижды воскресшего». Но тогда режиссер завоевывал себе право снимать то, что он хотел.
В середине же восьмидесятых годов было чувство, что всё, что хотелось, уже снято. Жизнь и карьера, вне всяких сомнений, удались на славу, однако почивать на лаврах было не в характере Леонида Иовича.
К постановке «Опасно для жизни!» подтолкнули объективные причины. Закончилось многолетнее сотрудничество Гайдая с Владленом Бахновым. Хороших же сценариев «со стороны», как обычно, не было. Это была общая проблема советского кино пред перестроечного периода. Давно замечено, что в восьмидесятые годы было снято значительно меньше по-настоящему народных комедий, чем в несколько предшествующих десятилетий. И на общем фоне явного жанрового кризиса фильм «Опасно для жизни!» выглядел более чем прилично. А в наши дни пересматривать его — одно удовольствие, ведь всегдашнее мастерство Гайдая в полной мере присутствует и в этой постановке. При этом сам фильм не успел стать «замыленным»: по телевизору его показывают гораздо реже любой другой гайдаевской комедии.
Как бы то ни было, Гайдай работал над этой картиной без особого удовольствия. Изначальный сценарий «Высокое напряжение» был написан по собственному почину малоизвестными авторами Романом Фурманом и Олегом Колесниковым. Еще до того, как эта работа попала в поле зрения Гайдая, авторам пришлось неоднократно исправлять и доделывать текст по настоянию сценарно-редакционной коллегии «Мосфильма». Первые варианты сценария тянули разве что на короткометражку.
Неизвестно, сколько привнес в сценарий сам Гайдай, но в титрах картины он указан как полноправный соавтор Фурмана и Колесникова. Над литературным текстом Леонид Иович работал зимой 1983/84 года. В марте началась режиссерская разработка сценария, а в мае картина была запущена в подготовительный период.
Изменения в составе съемочной группы касались не только сценаристов. В 1983 году скончался многолетний соратник Гайдая оператор Сергей Полуянов. «Опасно для жизни!» снимал Виталий Абрамов.
Александр Зацепин в момент съемок картины находился в эмиграции во Франции. Композитор выражал готовность приехать в Москву специально для работы над новой лентой Гайдая, но ему отказали. Поэтому «Опасно для жизни!» стал первым за два десятка лет гайдаевским фильмом без музыки Зацепина. По рекомендации Александра Сергеевича режиссер пригласил на эту картину Максима Дунаевского.