Когда эта дерзкая мысль улеглась в головах конструкторов, и гул немного стих, я продолжил добивать их шаблоны.
— Коробку передач надо делать на основе планетарных шестерен с преселектором. Широко использовать пневматические системы управления, как в чехословацком танке LT vz. 35, документацию по которому вам передаст Дмитрий Фёдорович.
Устинов молча кивнул, похлопав ладонью по одной из папок.
— И еще одно. В обязательном порядке поставить циклонную систему очистки входящего воздуха. Вообще, обратите на фильтры и вентиляционную установку самое серьезное внимание — от качества выполнения этого узла напрямую зависит моторесурс дизеля.
Я вспомнил пыльные бури и систему воздухоснабжения газотурбинного Т-80. — Прежде всего, воздухозаборник ставим там, где меньше всего пыли от ходовой части — на крыше МТО, прямо за башней. Система «циклон» будет осуществлять грубую очистку воздуха, а фильтры тонкой очистки должны иметь систему рекультивации. В нужный момент подается механический или пневматический ударный щелчок, который стряхивает пыль с фильтра в специальный отстойник.
Я выложил перед ошарашенными конструкторами грубую схему этого устройства. Пока они изучали её, тихо, но эмоционально переговариваясь между собой и тыкая пальцами в ватман, я достал из папки следующие эскизы. Настало время трансмиссии.
Я поднял со стола новые эскизы и жестом привлек внимание зала. Повисла тишина — конструкторы, еще не до конца переварившие идею поперечного двигателя на салазках, приготовились к новому удару.
— Итак, продолжим, товарищи. Теперь самое важное — сердце управления машиной. Обратите внимание на схему трансмиссии.
Я развернул ватман, и Семён Гинзбург первым подался вперед, почти вплотную приблизив лицо к чертежу. Его длинный нос едва не касался бумаги, а глаза за стеклами очков лихорадочно бегали по линиям.
— Прежде всего, — я обвел карандашом центральный узел, — эта трансмиссия не имеет главного фрикциона. Вообще. В его классическом понимании.
По залу пронесся вздох. Отказаться от сцепления, которое было на каждом танке, от «Виккерса» до Т-28, казалось святотатством.
— Как это — не имеет? — глухо спросил Морозов, не отрывая взгляда от схемы. — А как вы собираетесь разрывать поток мощности?
— Его функции будут выполнять фрикционные элементы самой планетарной коробки передач, — спокойно ответил я. — Но это только начало. Что касается бортовых фрикционов, то от них мы тоже отказываемся. В классическом виде их здесь нет. Вместо них работают специальные фрикционные устройства планетарной коробки передач, которые управляют переключением различных режимов работы.
Конструкторы переглянулись. Степень их изумления достигла апогея. Для инженеров тридцатых годов эта конструкция выглядела так же необычно, как для меня в моё время выглядел бы исправно работающий Луноход или летающая тарелка в гараже. Они привыкли к тяжелым рычагам, к физической силе, к лязгу огромных дисков. А я предлагал им изящество планетарных рядов.
Я начал четко перечислять, видя, как Шашмурин едва успевает записывать: — В нашей планетарной трансмиссии вместо традиционных фрикционов используются: блокировочные фрикционы, тормозные фрикционы и фрикционные элементы самой коробки. Они, и только они, выполняют все задачи движения танка: изменение скорости, управление тяговыми усилиями, поворот машины, торможение и полное отключение двигателя от ведущих колёс.
— Леонид Ильич, — Гинзбург выпрямился и посмотрел на меня с нескрываемым скепсисом. — Это же сложнейшие агрегаты, часы с кукушкой! Вы понимаете, какая здесь нужна точность изготовления? Это не тракторная коробка, которую можно в любом депо кувалдой поправить. Здесь качество сталей должно быть высочайшим, точность — запредельной!
— Семён Александрович прав, — поддержал коллегу Михаил Кошкин. — У нас на заводах сейчас просто нет такого оборудования. Мы не выточим эти шестерни с нужной чистотой поверхности. Проект слишком инновационный, слишком сложный для нашей промышленности.
Я обвел их взглядом. Они боялись. Боялись сложности, боялись ответственности, боялись того, что не смогут воплотить этот «прыжок в будущее» в грубом металле. У них были для этого основания — ведь в «моей» истории такой уровень был достигнут лишь в 60-е годы.
Надо их подбодрить.
— Да, я прекрасно осознаю технологическую сложность этой задачи, товарищи. Но ваше дело — спроектировать эту машину. А задачу подготовить соответствующее высокоточное оборудование, станки и кадры я беру на себя. Специнспекция ЦК займется созданием специализированной производственной базы. Мы не будем догонять Запад, копируя их вчерашний день. Нам надо быть на шаг впереди, заглядывать вперед сразу через десятилетие.