— Договорились. Только есть еще одно начинание, которое я хотел бы с вами обсудить. Приходите вечером, надо будет переговорить о порядке выдвижения инициативных бойцов в командиры!
Ударив по рукам, мы закрепили этот негласный союз.
Вечером, закрывшись в выделенном мне номере в гостинице «Континенталь», я обложился бумагами. Реформа связи — дело первостепенное, но она решала лишь часть проблемы. Техника мертва без людей. Наблюдая за подготовкой к маневрам, я еще раз убедился: Нам нужно срочно менять способ комплектования командирских кадров.
Беда в другом. Выявить в этой солдатской массе волевого, напористого командира относительно просто. Полигон все показывает. Только вот слепая инициатива без должного интеллекта страшнее любого вредительства. Дурак с инициативой, дорвавшийся до командования, положит людей, сожжет технику и даже не поймет, почему так вышло.
«Система блиндажа», как я ее мысленно называл, по сути будет намного лучше существующей. Но она нуждалась в доработке. К проверке инициативности надо добавить массовый и беспристрастный психометрический фильтр, способный выявлять логику и аналитические способности.
Как говорил, кажется, Наполеон, у хорошего командира должен быть и ум, и воля. И если волю можно измерить, скажем, по «методу блиндажа», то понять умственные способности несколько сложнее.
Как это сделать? Вопрос! В РККА больше миллиона человек. Заставить бойцов писать развернутые эссе или проходить индивидуальные собеседования — это, конечно, утопия. Во-первых, уровень грамотности у вчерашних крестьянских парней скакал от церковно-приходской школы до крепкого рабфака. Во-вторых, армейская система просто захлебнется, пытаясь проверить и оценить сотни тысяч исписанных листов.
Решение пришло из моего времени. В будущем это назовут система «Мультипле чойс» — множественный выбор.
Метод прост до примитивности. Боец получает книжку с заданиями и отдельный бланк ответов. Читает вопрос, выбирает один из вариантов и просто ставит крестик в нужном квадрате. Все!
А дальше все еще проще. Проверяющему — пусть это будет даже самый тупой штабной писарь — не нужно вникать в суть ответов. Достаточно взять жесткий картонный трафаретик с прорезанными в нужных местах окошками и наложить его на бланк бойца. Виден крестик в прорези — молодец, плюс балл. Не виден — минус. На проверку одного бланка из пятидесяти вопросов уходит ровно пять секунд.
Оставался один нюанс — политический. Словосочетания вроде «психологический скрининг» или «тест на IQ» в текущем тридцать пятом году пахли буржуазным вредительством и педологией, которую как раз начинали громить на всех партийных углах.
«Значит, назовем это иначе», — решил я, выводя в заголовке чистовика: «Комплекс вводных задач по тактической смекалке». Подам это как проверку классового чутья и способности красноармейца усваивать уставы в боевой обстановке. А по факту — это будет тот самый безжалостный фильтр.
Дверь скрипнула. На пороге возник Амелин, с интересом глядя на разложенные по столу исчерканные листы и вырезанные из папки картонки.
— Не помешаю, товарищ инспектор? — спросил замнач ПУР, проходя в комнату. — Чем это вы тут занимаетесь? Аппликацией?
— Оружие кую, Михаил Петрович, — ответил, придвигая гостю табурет. — Организационное. Присаживайтесь, смотрите.
Взяв один из исчерканных бланков, я положил его перед замначальника ПУР. Сверху накрыл той самой картонкой с прорезями.
— Тестирование будущих командиров по системе множественного выбора. Смотрите, вот таблица вопросов. Боец ставит крестик напротив ответа. Проверяющий накладывает трафарет. Крестик виден в дырке — плюс балл. Проверка занимает пять секунд.
Амелин наклонился над столом, потрогал картонку. В его глазах мелькнуло понимание управленца, мгновенно оценившего дешевизну и технологичность процесса.
— А содержание? — спросил он. — Что именно мы проверяем этими крестиками?
— Три уровня, — убрав трафарет, я достал листы с набросками. — Первый выявляет чистую способность находить закономерности, независимо от образования и словарного запаса. Даем бойцу, скажем, последовательность нарисованных шестеренок, топографических знаков или схем траншей. Одной детали не хватает. Нужно выбрать правильную из шести вариантов. Тот, кто не способен увидеть логику ряда, никогда не сможет прочитать карту или спланировать многоходовый план боя. Его сразу отсеиваем.
— Допустим, — кивнул Амелин. — Но как быть с теми кто пройдет первый этап?
— Для них второй этап. Ситуационное тестирование. Отделяем здоровую инициативу от самоубийственной глупости. Вот вам пример.