Ну что же, все идет по плану. Через несколько месяцев у нас будет «Над всей Испанией безоблачное небо» и вот это вот все. Без вариантов! Если в одной стране одновременно есть расколотая армия, вооружённые партии, слабое правительство, испуганные собственники, обозленные бедняки и соседи-фашисты, которым нужен полигон, — это уже не политика, а заложенная мина.
Испания станет школой будущей войны. Испания могла стать нашей школой.
Но школу легко превратить в показуху. Отправить туда храбрецов, получить красивые реляции, героические портреты и гору бесполезных баек. А потом в сорок первом удивляться, почему немцы нас сбивают, как сидячих.
Пора мне уже этим заняться.
На этйо мысли вдруг зазвонил телефон. Я снял трубку.
— Брежнев.
— Леонид Ильич? Яковлев. Удобно говорить?
Голос у Александра Сергеевича был бодрый, но какой-то принужденный. Так говорят люди, которые уже придумали просьбу и теперь подбирают безопасный заход.
— Говорите.
— Тут недавно мне позвонили из НИИ ВВС. К ним переводится очень перспективный лётчик с Дальнего Востока. Просят посмотреть: может, взять его в качестве лётчика-испытателя. Для И-17 и других новых машин.
— Чкалов?
— Валерий Павлович занят подготовкой к рекордному перелёту, — быстро сказал Яковлев. — И, откровенно говоря, не всегда удобен для методичной доводки. Чкалов, конечно, машину чувствует гениально, но замечания иногда формулирует так, что их можно печатать только в закрытом приложении с матом.
— Ну хорошо. Мы уж об этом говорили, я согласен. Фамилия?
— Серов. Анатолий Константинович.
В голове тут же возникло воспоминание. Серов… кажется, тоже знаменитый летчик. Прославится как раз в Испании, как истребитель. Не газетная пустышка: толковый, боевой. Человек, который умел не только лезть в небо, но и понимать, что там происходит.
Я посмотрел на раскрытую страницу с Испанией.
Вот же, сука, как всё складывается!
— Откуда именно? — спросил я.
— С Дальнего Востока. Учился, служил, сейчас переводится в НИИ ВВС. Отзывы хорошие. Дисциплинирован, летает уверенно. Без чкаловской славы и фанфаронства, зато, говорят, голова холодная.
— А вам он зачем?
Яковлев помолчал.
— Мы продолжаем доработку И-17. Машина скоростная, есть свои нюансы. Нам нужен человек, который не будет только давить ручку и потом рассказывать, что «ласточка поёт». Мне нужны нормальные замечания. Управление, обзор, посадка, пикирование, мотор, приборы. Что плохо — сказать сразу, пока не убились.
— Разумно.
— Я подумал, что без вашего одобрения лучше не трогать. НИИ ВВС тоже не хочет отпускать перспективного лётчика просто так.
Конечно, не хочет. В нашей стране перспективного человека все хотели держать у себя, желательно в шкафу, под инвентарным номером. А потом удивлялись, почему он не растёт.
Я снова посмотрел на газетную Испанию.
— Александр Сергеевич, — сказал я, — зовите его.
— На испытания?
— Для начала — на разговор. Приведите его ко мне. Хочу понять, что у него в голове. Если это тот Серов, которого стоит брать, одного И-17 ему будет мало.
В трубке повисла короткая пауза.
— Вы имеете в виду тактическую работу?
— И её тоже.
— Когда?
— Завтра. Чем раньше, тем лучше.
— Сделаю.
— И подготовьте по И-17 краткую сводку: что уже выявлено, что боитесь проверять, где нужен не артист, а методичный убийца самолётных недостатков.
— Методичный убийца недостатков, — повторил Яковлев. — Записал.
— В приказ так не пишите.
— Разумеется.
Я положил трубку. Если Серов действительно был тем самым Серовым, его надо было брать сразу. Если Испания неизбежна, туда нельзя будет отправлять одних героев: нужны люди, которые вернутся не только с медалями и шрамами, но и с новыми методами войны. Скорость. Вертикаль. Пара. Радио. Удар и отход. Дисциплина ведомого. Все, что определит облик будущей воздушно войны.
Подумав, решил заодно вызвать и Поликарпова. Пора было добивать (в хорошем смысле) тяжелый штурмовик для ВВС РККА.
На следующий день мне сообщили, что прибыл Серов Анатолий Константинович.
Красивый молодой военный в синей летной форме вошёл, остановился у стола и чётко отдал честь.
— Товарищ армейский комиссар 2 ранга. Старший лейтенант Серов по вашему приказанию прибыл!