— Что строить будете? — спросил Сталин.
— Самоходные десантные паромы.
Орлов поморщился.
— Баржи?
— Именно. Дешевле корабля, быстрее понтона и полезнее обоих.
Тут же я выложил эскиз, который накануне набросал собственноручно. Два длинных стальных поплавка, соединённые поперечными балками; сверху грузовая палуба, на корме моторные отделения, в носу съёмные сходни. Никаких изящных обводов, броневых поясов и адмиральских салонов — в профиль сооружение напоминало две галоши, на которые положили дверь. Про себя я звал его «зибелем», по фамилии немца, которому в этой истории уже не суждено его придумать.
— В открытом море вашу дверь перевернёт первой же волной, — возразил Орлов.
— Поэтому первый вариант — для рек, лиманов и прибрежной воды. Морской получит понтоны выше, закрытый нос и усиленные связи.
— Скорость?
— Шесть-семь узлов у дешёвого варианта. До девяти — у морского.
— Сколько везёт?
— Шесть Т-26 или два Т-28М с запасом плавучести. Или, вместо танков — батарею с тягачами, грузовики, роту пехоты.
Ворошилов оторвался от чертежа.
— Выгрузка прямо на берег?
— Подходит носом, выбрасывает сходни, танки уходят сами.
— А если берег топкий?
— Сначала высаживаются сапёры.
Орлов провёл пальцем по понтону.
— Из Сормово вы её на Чёрное море не проведёте.
— И не собираюсь. Паром разбирается на секции: балки, настил, моторные блоки — всё грузится на железнодорожные платформы и собирается на месте силами экипажа и ремонтной роты. Двигатели у речного — серийные автомобильные, по два на вал через общий редуктор. Морскому понадобятся судовые дизели.
— Сколько времени займет сборка?
— Первый образец соберут за неделю. Отработаем крепления — уложимся в два дня.
— На бумаге, — заметил Орлов.
— Поэтому начинаем с трёх опытных: один гоняем на Волге, второй на Балтике, третий в Севастополе. После зимних испытаний решим, что от чертежа оставить, а что выкинуть вслед за автором.
Сталин усмехнулся в усы.
— Харашо. Что ещё?
Под пытливыми взглядами собравшихся я вытащил второй лист. Низкий катер без рубки; вместо рулевого — сервоприводы, радиоприёмник и гироскопический указатель курса, в носу — заряд.
— Экипаж где? — поднял брови Орлов.
— На берегу или в самолете.
— Катер сам поплывёт?
— Да, с управлением по радио.
Сталин взял лист.
— И сам найдёт вражеский корабль?
— Нет, думать он не умеет. Оператор ведёт его с берегового поста, самолёта или другого катера: руль вправо, руль влево, больше газа. В носу — до полутонны взрывчатки.
Ворошилов присвистнул.
— И этим — в борт линкору?
— Такая штука разнесёт что угодно: порт, мост, транспорт на якоре, боновое заграждение. А в мирное время это движущаяся мишень для учёбной стрельбы флота.
— И чем это отличается от того, что делают у товарища Бекаури?
— Остехбюро проектирует дорогостоящие скоростные катера для открытой атаки. А мы создадим дешевое средство для скрытного нанесения ударов, преимущественно — в темное время суток.
Орлов накрыл чертёж ладонью.
— Вы же понимаете, что это не замена настоящему флоту. И успехи Остехбюро с катерами волнового управления сильно… хм… преувеличены. Оборвётся связь — катер уйдёт неизвестно куда. Поставят помеху — повернёт обратно. Оператор потеряет цель в дыму. Волна зальёт аппаратуру.
— Всё так. Только неудачный катер — это сильно дешевле неудачного линкора.
Сталин снова посмотрел на рисунок.
— Катер с бомбой, но без моряка. Удобная вэщь. А танковое производство нэ встанет?
— Нет, мы считали. Мастерские отдельно, свои люди, свой план. Танковые станки и сборочные площади брать запрещаем.
— Где возьмёте металл?
— Понтоны — из некондиционного листа. Корпуса катеров — дерево и фанера. Начнём с трёх паромов и шести катеров: от такого заказа завод не надорвётся.
Сталин выслушал и отложил трубку.
— Значит, так и запишем. Сормово остаётся танковым заводом, программу Т-32 продолжать. Для флота — отдельная судостроительная мастерская: опытные паромы и радиокатера. Работайтэ вместе, нэ ссортесь!
Итак, вопрос о Большом флоте пока подвис. Вопрос с линкорами удалось замотать до сорок первого, а вместо них пробить действительно нужные вещи. Сормово осталось за танками, но от моря окончательно не ушло: в старых корабельных мастерских начали собирать стальные понтоны, редукторы и первые неуклюжие БЭКи.