Данн, забыв о переговорах, подался вперед. Инстинкт инженера сработал в нем быстрее алчности коммерсанта.
— Модульная схема? — произнес он, и в его голосе прорезался неподдельный интерес.
— Именно. Смотрите, Уильям. Вы делаете коленвалы. Вам нужно сверлить масляные каналы, фрезеровать торцы, делать шпоночные пазы. Покупать под каждую операцию специальный станок у «Цинциннати» или «Хелд» — это безумные деньги. А мы предлагаем конструктор.
Я постучал карандашом по схеме литой станины.
— Вы берете нашу станину — отличный советский чугун, гасит вибрацию так, что можно стакан с водой ставить. На неё, как кубики, монтируете наши унифицированные силовые головки — сверлильные, расточные, фрезерные. Сами собираете конфигурацию под конкретный вал. Надо перенастроить линию? Сдвинули головки, поменяли инструмент — и готово. Десять станков по цене одного!
Это сработало. Я увидел, как за стеклами очков мистера Уитворда защелкал невидимый калькулятор. Конечно, он прекрасно знал, сколько крови и денег стоит заказ уникального оборудования. А тут русские предлагают дешевое, «дубовое», неубиваемое литье и готовые узлы, из которых механики соберут хоть черта лысого.
Он поднял глаза на босса. Тот пожал плечами, перестал морщиться и, кажется, тоже прикинул выгоду: железо — это актив. Железо можно пустить в дело. В любом случае, это много интереснее зерна и мехов!
В конце концов, Данн резко выдохнул и с размаху ударил ладонью по столу.
— Ладно! Черт с вами, мистер Брежнев. Убедили. Может, вы и чертов большевик, но при этом вы еще и толковый механик, а это я уважаю.
Он продолжил, протягивая руку:
— Двадцать пять тысяч кэшем — сейчас. Разницу в пять тысяч и первый взнос по роялти закрываем поставкой. Пять комплектов этих ваших… агрегатных монстров. Спецификацию подберем так, чтобы я мог сверлить валы для «Геркулеса». Но если чугун окажется с кавернами — верну всё в Москву за ваш счет! Идет?
— По рукам, — я с трудом удержал победную улыбку, которая рвалась наружу. — Качество гарантирую. Контракт подготовят специалисты «Амторга». Я дам им все необходимые указания!
Мы вышли из душного офиса Данна в приподнятом настроении. Это была двойная победа. Удалось не просто сэкономить драгоценную валюту, но и, черт побери, протащить на этот надменный американский рынок нашу, советскую продукцию.
— Видишь, Дима, как тут делаются дела? — произнес я, вдыхая пахнущий дымом воздух Кливленда. — Иногда вовремя показанная фотография стоит пятнадцать тысяч долларов!
Глава 15
Из Кливленда, отправив специалистам «Амторга» данные о параметрах сделки, мы ночным поездом отправились в Чикаго.
Едва мы вышли из вагона на закопченный перрон вокзала Ла-Саль, как на нас обрушился гул, лязг и тот самый специфический, ни с чем не сравнимый запах. Смесь озерной сырости, паровозного дыма и тяжелого, сладковатого духа рек крови, который ветер приносил с юга, со знаменитых боен. В общем, если Нью-Йорк был финансовым мозгом и витриной Америки, то Чикаго можно было назвать ее мускулистым, пропитанным потом и копотью сердцем.
Мы взяли такси до набережной. Устинов, прильнув к окну, молчал, подавленный масштабом. Машина выскочила на Мичиган-авеню, и перед нами развернулась панорама озера, больше похожего на свинцовое море.
— Отель «Стивенс», сэр, — буркнул таксист, сворачивая к циклопическому зданию, занимавшему целый квартал. — Приехали.
И тут я увидел то, что заставило сердце дрогнуть. Над помпезным козырьком входа, рядом со звездно-полосатым флагом США, на ветру билось ярко-красное полотнище с золотой звездой, серпом и молотом.
— Глазам не верю… — прошептал Устинов. — Наш флаг? Здесь?
— Наш, наш, Дмитрий Федорович, — подтвердил я, глядя на алое полотнище, дерзко развевающееся на фоне желтоватого чикагского неба. — Это называется капиталистический прагматизм. Клиент платит золотом — клиент получает свой флаг перед отелем. Хоть Веселый Роджер поднимут, лишь бы счета оплачивали вовремя.
Тут мне в голову пришла мысль, что флаг этот мы видим неспроста.
— А еще, Дима, это верная примета. Ради нас с вами, скромных технарей, никто бы знаменами махать не стал. Значит, «тяжелая артиллерия» уже здесь. Руководство прибыло!
Мы вошли в лобби, чьи размеры напоминали скорее кафедральный собор, чем гостиницу. Кругом виднелись мрамор, бронза, и суета сотен постояльцев. Не теряя времени, я направился прямиком к стойке администратора.
— Мистер Брежнев, — кивнул клерк, сверившись с картотекой. — Добро пожаловать в «Стивенс». Ваши апартаменты готовы. И да, вы правы: господин Микоян и его делегация прибыли утренним поездом. Они занимают «Президентские люксы» на двадцать пятом этаже.