Он подался вперед, и многозначительно понизив голос.
— Вот когда ты будешь покупать самолеты на миллион долларов, или целый завод миллионов за пять — вот тогда придешь ко мне. Чтобы я перед Сталиным мог доложить, что проконтролировал крупную государственную сделку. Понял? А с этой мелочью — тут Михаил Моисеевич презрительно оттопырил губу — разбирайся сам! Не отвлекай старших товарищей по пустякам. Н все, иди. А то я знаю, ты же не пьешь!
Молча забрав папку, я вышел. Эта сцена была одновременно унизительной и… полезной. Похоже, мне только что выдали карт-бланш. Руководство сняло с себя всякую ответственность за «мелочи», оставив за собой только контроль над «большими» сделками. Это означало, что десятки важнейших, но «дешевых» технологий я теперь мог закупать, не ставя никого в известность. Отлично!
Вырвавшись из душно-перегарной атмосферы «Президентского» люкса, я с облегчением спустился в грандиозный, гудящий, как улей, вестибюль. Теперь предстояло найти мою «правую руку» — Грачева. Виталий Андреевич должен был уже посетить заводы Студебеккера и ждать нас с докладом. Я нисколько не сомневался, что он выполни поручение на все 200 процентов, но для начала нам надо было «найтись» друг с другом..
Подойдя к стойке регистрации, я спросил:
— Проверьте, пожалуйста, остановился ли у вас мистер Виталий Грачев?
Клерк в золоченом пенсне, с ловкостью фокусника перебрав картотеку, отрицательно покачал головой.
— Сожалею, сэр. В списках гостей такой джентльмен не числится.
Ну что же, пойдем длинным путем. Пришлось занять одну из телефонных будок с красного дерева и набрать номер чикагского отделения «Амторга».
— Где наш «автомобилист»? — спросил я дежурного инженера, едва тот снял трубку.
— Леонид Ильич? С прибытием! — обрадовался голос на том конце. — Да, Виталий Грачев к нам приходил. Все уши прожужжал своими «полноприводными грузовиками». Он поселился через дорогу от вас. Отель «Конгресс Плаза». Там подешевле. Аль Капоне там штаб держал. Записывайте номер телефона коммутатора…
Я нажал на рычаг, сбрасывая линию, и тут же набрал «Конгресс».
— Отель «Конгресс Плаза», доброе утро.
— Соедините меня с мистером Грачевым.
В трубке щелкнуло, повисла пауза, заполненная электрическим треском, а затем телефонистка вернулась на линию.
— Мистер Грачев не отвечает, сэр. Ключ на стойке. Вероятно, он вышел в город.
Неудивительно. Грачев не из тех, кто сидит в номере, когда вокруг кипит столица машиностроения. Наверняка уже изучает местные гаражи или приценивается к инструментам в скобяных лавках.
— Передайте ему записку, — попросил я. — Это мистер Брежнев. Я остановился в «Стивенсе», прямо напротив вас. Номер двенадцать-ноль-пять. Пусть позвонит или заходит, как только появится. Это срочно.
— Будет сделано, сэр.
Вернувшись в номер, я завалился на кровать и начал размышлять, планируя дальнейшие действия. Предстоящая работа со «Студебеккер» была важна, но в голове я держал главную цель — Калифорнию. По завершении дел в Чикаго мне надо было дождаться Яковлева и Микояна, а затем ехать с ними на самолетостроительные предприятия Дугласа. Чтобы эта важная поездка состоялась, готовить ее надо было прямо сейчас. Мистер Дуглас, конечно, дал предварительное согласие, но нужны же конкретные договоренности: что, где, когда….
И, поразмыслив, я направился в чикагское отделение «Амторга».
Взяв такси, вскоре я уже сидел в прокуренном кабинете представителя «Амторга» и продиктовал текст срочной телеграммы Санта-Монику, на имя Дональда Дугласа. Текст был составлен согласно всем правилам игры с крупным капиталом в эпоху кризиса: минимум вежливости, максимум амбиций и намек на бездонный кошелек.
«Уполномоченный Советского правительства по закупкам авиатехники прибыл в Чикаго. Имею разрешение на приобретение полной лицензии на самолет DC-2 и закупку партий готовой техники. Готовы обсудить создание совместного производства. Финансирование в золоте гарантировано».
Представитель «Амторга» с сомнением посмотрел на листок.
— Не слишком ли… нагло, Леонид Ильич? Дуглас — птица в высоком полете, к нему можно получить месяц за результат.
— Отправляйте, — жестко сказал я. — Сейчас тридцать четвертый год. У авиапромышленников товар штучный, а клиентов со средствами — кот наплакал. Дуглас — не просто конструктор, он занимается бизнесом. Как только почувствует запах крови золота — немедленно примчится сам. Вот увидите!