Дверь водителя отворилась с тяжелым, солидным чмоканьем. Виталий Андреевич выбирался из-за руля медленно, с хрустом разминая затекшую поясницу. Лицо серое от усталости, под глазами залегли тени, но взгляд горел хищным, злым азартом человека, который только что загнал зверя.
— Готово, — он небрежно хлопнул ладонью по пухлому кожаному портфелю, лежащему на пассажирском сиденье. — Чертежи мостов, спецификации карданов, патенты на шарниры. Хоть завтра запускай конвейер.
— Отличная охота, Виталий.
Я кивнул на капот, от которого исходил жар остывающего восьмицилиндрового монстра. Металл тихо потрескивал.
— Как аппарат? Не подвел?
Грачев провел ладонью по нагретому крылу, словно успокаивая зверя.
— Машина — песня. Плывет, а не едет. Но жрет — мое почтение! — он сокрушенно покачал головой. — Аппетит у этого красавца, доложу я вам, как у полковой лошади. Пока до Индианаполиса и обратно мотался, три раза к колонке прикладывался. Двадцать литров на сотню вылетает в трубу, не меньше. И это — по гладкому бетону, без груза.
Да, неприятная цифра! Два ведра бензина на сто километров пустой езды… Американские моторы, увы, никогда не отличались экономичностью. А ведь грузовые Студебеккеры будут лопать еще больше! Так у нас бензина ни на что не хватит, даже с расчудесными изооктанами Ипатьева. Дизель нужен для таких перевозок! Тогда топливный баланс страны будет, хм, сбалансированным.
— Вот смотри. Виталий Андреичь — двадцать на сотню. А теперь масштабируй. Представь, сколько будет жрать та десятитонная махина, которую мы заказали Студебеккеру? Или танк, когда полезет через осеннюю распутицу?
Картинка перед глазами встала жуткая: колонны техники, вставшие посреди степи с сухими баками. Помню-помню, как в начале СВО вставали без топлива целые батальоны прожорливых Т-80.
— В общем, Виталий, дело такое: если мы оставим армию на бензине, нам придется к каждому танковому батальону прицеплять железнодорожный состав с цистернами. И гореть они будут от первой же шальной искры, как факелы.
Лицо Грачева потемнело. Эйфория от победы над «Мармоном» схлынула, уступив место инженерной озабоченности.
— Понимаю, к чему клонишь. Дизель.
— Именно. Ноги мы добыли. Но ног без сердца не бывает. Нам нужен мощный, тяговитый дизель. И вот здесь у нас — зияющая дыра.
Я обошел машину, пнул колесо, проверяя давление.
— Слушай, еще в Москве я наводил справки. Мы ведь еще в тридцать первом отвалили валюту швейцарцам, фирме «Зауэр». Купили лицензию на линейку отличных дизелей. Собирались в Ярославле клепать. Три года прошло! Где моторы? Нет моторов. В чем причина? Вредительство? Саботаж?
Грачев скривился, будто у него разом заболели все зубы.
— Да какое там вредительство… Техническое бессилие, Леонид Ильич. Лицензия есть, чугун льем, коленвалы точим. Собираем — не работает. Дымит, троит, не тянет. Мертвый груз.
— Почему?
— Топливная аппаратура, — он рубанул ребром ладони по воздуху. — Буквально проклятье какое-то с ними. Очень трудно нормально сделать плунжерные пары. Там микронные допуски, прецизионная шлифовка, буквально в зеркало! А у нас в Ярославле станки еще царские, культура производства тоже — кувалда да напильник. Пытаемся копировать немецкие «Боши», а выходит черти что. Топливо травят, давление не держат, иглы в распылителях закоксовываются. Пока не научимся делать эту ювелирную механику — дизеля не будет.
Вывод напрашивался сам собой. Жестокий и безальтернативный.
— В общем, без покупки технологии топливной аппаратуры нам — никуда. Значит, надо ехать в Массачусетс, к «Америкен Бош». Но это крюк в тысячу миль на восток, время уходит, да и немцы могут встать в позу… Головная-то контора у них в Берлине!
Я замолчал, глядя поверх крыши автомобиля. Там, на юге, небо было расцвечено заревом заводских огней. Грачев проследил за моим взглядом.
— А зачем нам Массачусетс? — Виталий показал в окно, где на горизонте дымили гигантские трубы. — Мы же в Чикаго. А вон там, в южной промзоне, сидит гигант — «Интернейшенел Харвестер». Они в прошлом году запустили серию своих дизелей. И, по слухам, проблему насосов они решили блестяще. У них новейшее оборудование. Зачем ехать к тем, кто делает только насосы, если под боком те, кто делает всё?
Идея мне очень понравилась. Пилить на восточное побережье было сейчас совсем не с руки.
— Прав, чертяка! Отставить Бостон. Едем к «Харвестеру». Заполучим их технологии здесь и сейчас.