– Уже? – спросил Харри.
– Частично. Но достаточно для того, чтобы с девяностотрехпроцентной уверенностью утверждать, что есть совпадение.
Харри выпрямился на сиденье.
Совпадение. Самое восхитительное слово из всех. Может, день не так уж и плох.
– Продолжай! – потребовал Харри.
– Ты должен учиться наслаждаться театральными паузами, – поддел его Хольм.
Харри застонал.
– О’кей, о’кей. Они нашли совпадение с ДНК из волоса со щетки Тони Лейке.
Харри не мигая уставился в пространство.
Тони Лейке изнасиловал Аделе Ветлесен в Ховассхютте.
Харри не мог себе это представить. Тони Лейке? Это невозможно понять. Пусть он насильник, но как он изнасиловал женщину, которая была в хижине с другим? Элиас Скуг сказал, что видел, как мужчина зажимал ей рот, затаскивал в туалет. Может, если хорошенько разобраться, и не было никакого изнасилования?
И тут – вдруг – все встало на свои места.
Харри понял это совершенно четко.
Не было никакого изнасилования. А мотив – был.
Машины позади засигналили. Красный сменился зеленым.
Глава 67
Кавалер
Было без четверти восемь, и день еще не наполнился цветом и яркостью. В сером утреннем свете пейзаж представал в зернистой черно-белой версии. Харри припарковался рядом с другим автомобилем, одиноко стоявшим на Вёйентанген, и побрел к плавучей пристани. Ленсман Скай стоял у самого края с удочкой в руках и сигаретой во рту. Клочья тумана снова висели, как вата, на макушках камышей, торчавших из черной, маслянисто-гладкой воды.
– Холе, – произнес Скай, не поворачиваясь. – Ранняя пташка.
– Ваша жена сказала, что вы здесь.
– Каждое утро, с семи до восьми. Единственное время, когда я могу о чем-то подумать, прежде чем начнется вся эта суета.
– Клюет?
– Нет. Но там, в камышах, водится щука.
– Очень знакомо. Боюсь, что сегодня суета начнется пораньше. Я по поводу Тони Лейке.
– Тони, ясное дело. Хутор отца его матери – в Рюстаде, на восточном берегу Люсерена.
– То есть вы хорошо его помните?
– Ну… Интересный тип. Тони многим нравился. Особенно женщинам. Красивый как девчонка, немного похож на Элвиса. И весь такой из себя загадочный. Он это умел. Ходили слухи, что он рос один у своей несчастной матери-алкоголички, пока в один прекрасный день она не выставила его из дома, потому что ее тогдашний мужик его невзлюбил. Но женщинам, которые за ним увивались, он очень даже нравился. А они ему. И иногда из-за этого у него случались неприятности.
– Например, когда он приударил за вашей дочкой?
Скай вздрогнул, как будто у него клюнуло.
– Я знаю от вашей жены, – сказал Харри. – Спросил у нее про Тони, и она рассказала, что однажды Тони и один парень из местных подрались из-за вашей дочери.
Ленсман покачал головой:
– Они не дрались. Это была настоящая бойня. Бедный Уле вообразил, что они с Мией влюбленные, только потому, что он в нее втюрился и ему позволили подвезти ее с подружками на танцы. Он был не драчун, Уле, скорее ботаник. Но он взял и кинулся на Тони. А тот быстро повалил его на землю, выхватил нож… просто ужас, мы к такому не привыкли.
– Что он сделал?
– Он ему половину языка отхватил. Сунул в карман и ушел. Через полчаса мы арестовали Тони в доме его деда, сказали, что язык нужен в операционной. А Тони сказал, что выкинул его воронам.
– Я хочу спросить: подозревали ли Тони в изнасиловании? В тот раз или когда-нибудь еще.
Скай потянул леску.
– Я скажу так, Холе. Миа навсегда утратила свой веселый, жизнерадостный нрав. Она по-прежнему жить не могла без этого психа, что поделаешь, таковы уж девчонки в ее возрасте. А Уле уехал. Каждый раз, стоило бедняге открыть рот, это было напоминанием о чудовищном унижении. Он сам это помнил, да и все остальные. Так что я могу сказать, что Тони Лейке – насильник. Но не думаю, что он кого-то изнасиловал в сексуальном смысле. Тогда бы он сделал это с Мией, так скажем.
– Она?..
– Как-то раз они пошли в лес за клубом. Она ему не дала. И он не спорил.
– Вы в этом уверены? Извините, что задаю такие вопросы, но…
Леска с крючком показалась над водой. Крючок блестел в первых лучах утреннего солнца.
– Все в порядке, Холе. Я же полицейский, знаю, над чем вы работаете. Миа – девушка порядочная, я не вру. Я такое и под присягой бы сказал. Можете получить рапорт, если нужны детали. Мне бы только не хотелось, чтобы Мие снова пришлось говорить об этом.
– В этом нет нужды, – сказал Харри. – Спасибо.
Харри информировал собравшихся в зале заседаний «Один», что у человека под снегоходом, которого, несмотря на все усилия, до сих пор не нашли, пальцы были скрючены ревматоидным артритом, как у Тони Лейке. А потом изложил свою теорию. Откинулся на спинку кресла и стал ждать реакции.