Почему он использовал метафору, связанную именно с вулканом? Харри ехал вниз по крутой и извилистой дороге из Бэрумской больницы.
– Восемь убийств. Сейчас он повелитель, он наверху. Он создал вселенную, где, как ему кажется, все ему повинуется. Он кукловод, он может играть с вами. И особенно с тобой, Харри. Трудно сказать, почему он выбрал именно тебя, может быть, совершенно случайно. Но чем успешнее он управляется со своими куклами, тем больше ему хочется усилить напряжение. Хочется беседовать с куклами, быть рядом с ними, наслаждаться своими победами самым изощренным образом – вместе с тем, над кем он их одерживает. Но он хорошо замаскировался. Он не производит впечатления кукловода, напротив, может показаться покорным, тем, кем легко руководить, тем, кого недооценивают. Тем, кого никогда не заподозришь в способности срежиссировать такую сложную драму.
Харри ехал в центр по Е18. Попал в пробку. Он съехал на полосу для общественного транспорта. Он же полицейский, черт побери. И времени не осталось, не осталось. Во рту пересохло, псы были вне себя от ярости.
– Он совсем рядом, Харри, в этом я почти уверен, он просто не в силах остановиться. Но он появился из мертвой зоны. Прокрался в твою жизнь незаметно, когда все твое внимание было приковано к чему-то другому. Или когда ты был болен. Ему комфортно там, где он есть. Сосед, друг, коллега. Или кто-то, находящийся в тени другого человека, более важного для тебя, тень, о которой ты думаешь не иначе как о приложении к кому-то другому. Подумай о тех, кто случайно попадал в поле твоего зрения. Потому что он попадал. И ты уже знаешь его в лицо. Может, вы с ним и не слишком много говорили, но если он такой, как я, ему не остановиться, Харри. Он рядом с тобой.
Харри припарковался у «Савоя», вошел и направился к барной стойке.
– Чего желаете?
Харри пробежал глазами по бутылкам на стеклянных полках за спиной у бармена.
«Бифитер», «Джонни Уокер», «Бристоль Крим», «Абсолют», «Джим Бим».
Он ищет человека, снедаемого ненавистью. Того, у кого не осталось других чувств. Того, у кого ледяное сердце.
Его взгляд застыл. И словно отпрянул. Рот открылся. Будто сам Господь подмигнул ему. И подсказал, подмигнув, все, все.
Словно издалека послышался голос:
– Эй, мистер? Алле?
– Да.
– Вы определились?
Харри медленно кивнул.
– Да, – сказал он. – Да. Я определился.
Глава 71
Радость
Гуннар Хаген сжимал карандаш указательными пальцами, рассматривая Харри, который на этот раз не лежал, а сидел в кресле перед его письменным столом.
– Что касается технической стороны, то ты сейчас в распоряжении Крипоса и, таким образом, входишь в команду Бельмана, – сказал начальник отдела. – Следовательно, произведенный тобой арест будет победой Бельмана.
– А если я – повторяю, чисто гипотетически – информирую вас и предоставлю возможность произвести арест кому-то из убойного отдела, например Кайе Сульнес или Магнусу Скарре?
– Спасибо, но, к сожалению, даже от такого щедрого предложения с твоей стороны я вынужден отказаться, Харри. Я уже сказал, что связан договоренностью.
– Ммм… Бельман по-прежнему на тебя давит?
Хаген вздохнул.
– Если я сделаю такой кульбит – лишу Бельмана возможности произвести арест по самому громкому в Норвегии делу об убийствах, то Министерству юстиции все сразу станет ясно. Например, что я не послушался их и привез тебя для расследования этого дела. Это будет расценено как неподчинение приказу. И навредит всему отделу. Сожалею, Харри, но я не могу.
Харри задумчиво уставился в пространство.
– О’кей, шеф. – Он вскочил со стула и быстро направился к двери.
– Погоди!
Харри остановился.
– А почему ты об этом спрашиваешь сейчас, Харри? Случилось что-то, о чем мне следовало бы знать?
Харри покачал головой:
– Только проверка гипотезы, шеф. Ведь в этом и состоит наша работа, правда?
До трех часов Харри названивал по телефону. Последний звонок был Бьёрну Хольму, который не раздумывая согласился вести машину.