Харри покачал головой:
– Это только красивые слова, Скай. Я имел в виду реальную болезнь – у них обоих был ревматоидный артрит. И сегодня утром это родство подтвердили. Анализ на ДНК фрагментов кожи на печке и волос Тони Лейке с его расчески показал, что они – отец и сын.
Скай кивнул.
– Ладно, – сказал Харри. – Во всяком случае, я приехал, чтобы поблагодарить за помощь и извиниться за то, что все так вышло. Бьёрн Хольм просит передать привет жене и сказать, что это были лучшие котлеты и тушеная капуста, которые он когда-либо ел.
Скай коротко улыбнулся:
– Это все говорят. Они даже Тони нравились.
– Что?
Скай пожал плечами, вытягивая нож из ножен на ремне.
– Я же тебе рассказывал, что Миа в него влюбилась. Дело было вскоре после того, как Тони изуродовал Уле. Она пригласила его однажды домой на ужин, знала, что меня в тот вечер дома не будет. Жена ничего не сказала, когда они пришли, но, конечно же, когда я все узнал, разразился скандал. Наслушался я грубостей, ты знаешь, как ведут себя девчонки в этом возрасте, да еще когда влюблены. Я, как идиот, пытался втемяшить ей, что Тони – насильник. А следовало бы знать, что чем больше ругаешь возлюбленного, тем больше к нему тянет. Потому что тогда они как бы вдвоем против всего остального мира. Да ты и сам это знаешь, некоторые бабы начинают переписываться с убийцами, отбывающими заключение.
Харри кивнул.
– Миа собиралась бежать из дома, хотела последовать за ним на край света, что-то жуткое, – сказал Скай, оборвал леску и начал ее сматывать.
Харри следил за возвращением вдруг обвисшей лески.
– Ммм… На край света?
– Угу.
– Ясно.
Скай вдруг прекратил мотать катушку и взглянул на Харри.
– Нет, – сказал он со значением.
– Что «нет»?
– Нет, это не то, что ты думаешь.
– А что я думаю?
– Что Миа и Тони потом снова встретились. Он бросил ее, и больше они никогда не встречались. И ее жизнь продолжилась уже без него. Она не имеет к этому делу никакого отношения, понятно? Я дал тебе слово. У нее вот-вот все снова будет нормально, так что, пожалуйста, не надо…
Харри кивнул и вытащил изо рта сигарету, которая все равно погасла из-за дождя.
– Я больше этим делом не занимаюсь, – сказал он. – Но в любом случае твоего слова было бы достаточно.
Когда Харри отъезжал от парковки, он видел в зеркало, что Скай собирает свои рыболовные снасти.
Государственная больница. Харри снова вошел в ее ритм. Время не взрывалось новыми событиями, но текло ровным потоком. Он думал, не попросить ли ему матрас. Получится совсем как в «Чункинг-мэншн».
Глава 81
Световые пятна
Прошло три дня. Он не умер. И никто не умер.
Никто не знал, где Тони Лейке, следы фальшивого Одда Утму обрывались в Копенгагене. В одной из газет появилась фотография Лене Галтунг в шали и больших темных очках – в лучших традициях Греты Гарбо. И заголовок «Никаких комментариев». Ее уже два дня никто не видел – она где-то скрывалась, вероятнее всего в отцовском доме в Лондоне. Фотографию Тони Лейке в рабочей одежде на фоне вертолета опубликовали многие газеты. «Исчезновение Кавалера», теперь это так называлось. Прозвище осталось, возможно, потому что уже успело укорениться, а кроме того, оно шло Лейке больше, чем Алтману. Удивительно, но никому из прессы еще не удалось обнаружить связь между Тони Лейке и хутором Утму. Совершенно очевидно, что мать, а позднее и сам Тони хорошо спрятали все следы.
Микаэль Бельман ежедневно давал пресс-конференции. В ток-шоу на телевидении он продемонстрировал и свои педагогические способности, и улыбку победителя, объясняя, как удалось раскрыть дело. Разумеется, в собственной версии. И казалось, все просто забыли, что убийца не схвачен: это не важно, самое главное – Кавалер Тони Лейке разоблачен, нейтрализован, выведен из игры.
Каждый вечер темнело все позже и позже. Все ждали весну или морозов, но не было ни того ни другого.
Световые пятна ползли по потолку.
Харри лежал на боку и смотрел на дым сигареты, который поднимался в темноту сложными и всегда непредсказуемыми узорами.
– Ты такой молчаливый, – сказала Кайя и прижалась к его спине.
– Я останусь тут до похорон, – сказал он. – А потом уеду.
Он затянулся сигаретой. Она ничего не ответила. А потом он, к своему удивлению, почувствовал, что лопатка его стала теплой и влажной. Он положил сигарету на край пепельницы и повернулся к ней.
– Ты плачешь?
– Почти нет. – Она рассмеялась, шмыгнув носом. – Не знаю, что со мной такое.
– Сигарету хочешь?
Она покачала головой и вытерла слезы:
– Сегодня звонил Микаэль, хотел, чтобы мы встретились.