— "Но что, если ваш долг перед вами важнее, чем долг перед другими?" — спросил он, почти тихо, так что её сердце сжалось от напряжения.
Её взгляд затуманился, и она почувствовала, как её внутренний мир снова начинает рушиться. В его словах был вызов — вызов тому, что она считала истинным. Анна не могла ответить сразу. Что было для неё важнее? Обязанности перед теми, кто её поддерживал, или личное счастье и свобода? Это было как сражение внутри её души, и она не могла найти ответа.
— "Я не могу просто оставить всё," — ответила она, её голос был тихим, но твёрдым. "Мой долг здесь, Александр. Я не могу оставить их. Я обязана быть здесь."
Александр стоял рядом, его взгляд стал ещё более серьёзным, и он ничего не сказал. Но Анна заметила, как его лицо слегка потускнело, как будто он что-то осознал в её словах. Он не осуждал её, но всё же что-то в его реакции изменилось. Она почувствовала, как растёт между ними невидимая стена. Он не мог понять её полностью, так как она не могла объяснить то, что творилось в её душе.
— "Если когда-нибудь будет время, и вы решите, что ваш долг больше не удерживает вас…" — начал он, но тут же замолчал, как будто понимая, что эти слова не имели смысла.
Анна снова вздохнула, её сердце было полно смятения. Она не могла позволить себе думать о своём счастье, когда её долг был так силён. Но с каждым его словом она всё больше чувствовала, что этот выбор, который она делала каждый день, становился для неё невозможным. Она должна была решить, кем она была — женщиной, которая искала своё место в этом мире, или человеком, привязанным к обязательствам, которые больше не давали ей пространства для себя.
Александр, видя её состояние, кивнул и молча отступил. Он понял, что её ответ был окончательным. Но в его взгляде оставалась та самая тревога, которую он не мог скрыть. Тревога за неё, за её судьбу, за её выбор.
Когда он ушёл, Анна снова осталась одна. Пруд перед ней казался таким же холодным и неподвижным, как её душа. Но в глубине её сердца разгоралась неясная искра — искра сомнений, которые не отпускали её.
Сквозь ледяные стены
Александр.
Зима в усадьбе Орловых была одновременно прекрасной и гнетущей. Снег ложился густым слоем на землю, скрывая под собой тропинки, кусты и остатки осенней листвы. Казалось, сама природа решила закрыть это место от остального мира, превратив его в застывшую картину. Для большинства это было бы прекрасно — небо, покрытое низкими облаками, снег, сверкающий на солнце, но для Александра этот пейзаж был ещё одним напоминанием о том, как неподвижно его собственное существование.
Он стоял у окна своего кабинета, смотря на заснеженный сад. Внизу, за высокими окнами, открывался вид на дальнюю аллею, где деревья, словно стражи, стояли покрытые инеем. Их ветви, опустившиеся под тяжестью снега, создавали иллюзию туннеля, ведущего куда-то вглубь леса. Александр невольно подумал, что этот туннель мог бы стать для него выходом — не физическим, но ментальным. Ему хотелось хотя бы на время покинуть этот дом, эти стены, которые с каждым днём становились всё более тесными.
Кабинет был тёплым, и камин, стоявший в углу, потрескивал, наполняя комнату мягким светом. Стены украшали полки с книгами, но Александр давно уже не находил утешения в чтении. Казалось, каждая книга здесь была частью их наследия — коллекцией, которая была столь же важна для их рода, как и сам дом. Он часто думал, что это не просто книги, а ещё одно напоминание о долге, который лежал на его плечах.
Александр поднял бокал с вином и сделал небольшой глоток. Вкус был терпким, но это не принесло ему никакого удовольствия. Его мысли снова вернулись к словам матери."Ты Орлов. Наш долг — сохранять то, что создавали наши предки."Эти слова звучали в его голове как набат, от которого он не мог избавиться. Он привык слышать это ещё с детства. Его отец, человек с жёстким характером и строгими принципами, внушал ему мысль, что Александр был не просто человеком, а продолжением их рода. Он не мог себе позволить слабостей. Слабость была для других, но не для Орловых.
Он помнил, как отец часто говорил: "Ты не имеешь права на ошибки. Этот дом, эти люди зависят от тебя. Ты — их опора."Эти слова когда-то придавали ему силы, но сейчас они казались ему цепями, которые сковывали его, не давая вздохнуть полной грудью. Александр понимал, что его долг — это не просто сохранение усадьбы, но и контроль над своей жизнью, эмоциями, желаниями.