После этих слов она встала и ушла, оставив его одного. Но её слова продолжали звучать в его голове, как эхо. Он ненавидел, как она судила людей, как она судила Анну. Но больше всего он ненавидел то, что она была права в одном: он действительно начал думать иначе.
Александр вернулся к камину и сел, глядя на пламя. Ему казалось, что оно пытается растопить лёд внутри него, но этот лёд был слишком толстым. Он снова подумал об Анне. О её улыбке, которая появлялась так редко, но каждый раз была настоящей. О её голосе, который звучал мягко, но в нём чувствовалась сила.
Он вспомнил, как она стояла у пруда, смотря на лёд. Её фигура, закутанная в тёмное пальто, казалась частью зимнего пейзажа. Но в её глазах был огонь, который не могла погасить даже самая холодная стужа. Этот огонь заставлял его чувствовать что-то, чего он не ощущал раньше. Надежду. Желание. Силу.
Но он знал, что не мог позволить себе это. Он был Орловым. Его долг был его жизнью. Но что, если… что, если долг может быть другим? Что, если он мог бы найти в нём не только холод, но и тепло?
Александр поднялся и подошёл к столу. Он взял перо и лист бумаги и начал писать. Его слова были неровными, как и его мысли. Он писал о том, что чувствовал. О том, как долг сковывал его, как цепи, но теперь он чувствовал, что эти цепи начинают ослабевать.
"Я устал жить так, как от меня ожидают. Я устал быть тем, кого видят в зеркале. Я хочу быть собой. Я хочу найти смысл в своём долге, а не просто выполнять его."
Он сложил письмо и положил его в ящик стола. Это письмо было для него самого. Напоминанием о том, что он должен искать свой путь, а не тот, который был предначертан ему.
Его взгляд снова упал на окно. Он видел перед собой тропинку, ведущую к саду. Ему хотелось выйти, почувствовать холод, увидеть её снова. Но он знал, что ещё не готов. Ему нужно было больше времени. Но это время не должно было быть бесконечным.
"Я не могу жить за ледяными стенами вечно," — подумал он."Настало время их разрушить."
Теперь Александр чувствовал, что сделал первый шаг. Лёд в его душе начал таять, и он был готов к переменам. Но он знал, что эти перемены будут сложными, как и путь, который он решил выбрать.
--------
Ваши комментарии — это те цветы среди льдов, которые дают моему творчеству тепло и силу. Подписывайтесь, чтобы быть частью этого пути и помогать истории расти!
Маскарад в усадьбе
Маскарад, который устраивали Орловы, был одним из главных событий года для их окружения. Гости, приглашённые на бал, прибыли из соседних усадеб и даже из города, а дом буквально оживал от множества голосов, звуков карет и стука каблуков по мраморному полу. Для Анны этот вечер означал только одно — долгий день, полный хлопот.
Её утро началось в детской, где Софья, старшая дочь Орловых, и её младшие братья спорили о своих нарядах. Софья, которой недавно исполнилось пятнадцать, уже начала проявлять признаки будущей хозяйки дома. Она была стройной, с грациозными движениями, золотистыми волосами, уложенными в аккуратные локоны, и большим чувством собственного достоинства.
— "Мисс Анна, вы просто обязаны мне помочь с этим платьем!" — воскликнула Софья, держась за ярко-красную ленту, которую она хотела вплести в волосы. — "Мама говорит, что этот цвет мне не идёт, но я уверена, что он сделает меня самой заметной на балу!"
Анна улыбнулась, но решила не вмешиваться в спор между Софьей и её матерью. Она помогла девушке уложить волосы, прикрепив ленту так, чтобы та была едва заметна, но всё же подчёркивала её свежесть и юный шарм. Софья была довольна, даже немного кокетливо посмотрела на себя в зеркало, словно репетируя улыбку для гостей.
— "Спасибо, мисс Анна! Вы лучше всех понимаете, как сделать так, чтобы я выглядела идеально," — сказала она с воодушевлением. — "А вы сами придёте на бал?"
Анна рассмеялась, пытаясь перевести разговор в шутку.
— "Гувернантки на балах не танцуют, Софья. Мы остаёмся в тени."
— "Но это так несправедливо!" — Софья нахмурилась, скрестив руки. — "Вы же не просто гувернантка, вы — часть нашей семьи. Пусть даже немного… скрытая часть," — добавила она с игривой улыбкой.
Анна почувствовала, как её сердце сжалось от тёплого жеста Софьи. Девушка, несмотря на свою юность, часто удивляла её добротой и проницательностью. Софья была из тех редких людей, которые видели больше, чем показывала реальность.
К вечеру усадьба преобразилась. Огромный зал наполнился звуками музыки, гостей становилось всё больше, и каждая новая пара, входящая в дверь, добавляла в атмосферу ощущение праздника. Анна не собиралась покидать свою комнату, но к тому моменту, как все дети были готовы, Софья снова подошла к ней.