— "Вы прекрасно танцуете," — заметил он.
— "Не так хорошо, как ваши гости," — ответила она, её голос был едва слышен.
— "Они всего лишь гости. А вы — часть этого дома," — сказал он с лёгкой настойчивостью.
Эти слова заставили её сердце забиться быстрее. Что он имел в виду? Она хотела что-то ответить, но их разговор прервала музыка, которая замедлилась, знаменуя конец танца. Александр, не спуская с неё глаз, сделал поклон, а Анна, едва удерживая равновесие от нахлынувших эмоций, ответила легким реверансом.
Когда музыка стихла, Анна почувствовала, как взгляды гостей стали ещё более пристальными. Шёпот пробежал по залу. Женщины, стоящие у стены, прикрывали рты веерами, украдкой переглядываясь. Мужчины, казалось, сдерживали ухмылки, хотя в их взглядах читался интерес. Этот момент стал предметом обсуждения всех присутствующих.
Для Анны это было невыносимо. Она опустила глаза, сделала шаг назад, но почувствовала, как Александр мягко положил руку ей на локоть.
— "Не уходите так быстро," — тихо сказал он. Его голос был успокаивающим, но Анна лишь покачала головой.
— "Мне нужно… вернуться к своим обязанностям," — ответила она, стараясь не смотреть на него.
Александр не стал настаивать, но его взгляд проводил её до самого выхода. Когда Анна скрылась за дверями, он почувствовал странную пустоту. Ему хотелось сказать ей больше, но он понимал, что это вызвало бы ещё больше вопросов и осуждений.
Графиня Орлова, сидевшая в дальнем углу зала, с холодным выражением наблюдала за сценой. Она была окружена несколькими дамами, которые тут же начали шептаться, как только Александр и Анна вышли на паркет.
— "Весьма необычный выбор," — заметила одна из них, лукаво улыбнувшись.
Графиня бросила на неё короткий взгляд, полный сдержанного раздражения.
— "Мой сын, кажется, слишком увлекается ненужными жестами," — произнесла она ровным голосом. — "Но, уверяю вас, это не имеет значения. У него всегда было излишнее чувство… ответственности."
Её слова прозвучали как оправдание, но в них читалась явная неприязнь. Когда танец закончился, она пристально посмотрела на Александра, и в её взгляде было больше, чем просто осуждение — там была предупреждающая строгость.
Когда Александр направился к ней, она подождала, пока он подойдёт ближе, прежде чем холодно произнести:
— "Ты решил устроить спектакль, Александр?"
Он не отвёл глаз.
— "Я всего лишь танцевал, мать," — ответил он спокойно, но в его голосе была скрытая твёрдость.
— "С гувернанткой?" — её тон был резким. — "Ты не думаешь, что это может быть истолковано неправильно?"
Александр выдержал паузу, а затем тихо сказал:
— "Её достоинство заслуживает уважения. И если это неправильно, то я предпочитаю поступать так, как считаю нужным."
Его ответ заставил её нахмуриться. Но она не стала продолжать разговор. Вместо этого графиня холодно произнесла:
— "Надеюсь, ты понимаешь, что такие поступки могут стоить тебе больше, чем ты думаешь."
Александр не ответил, но её слова оставили след. Он знал, что его мать не отступит, если решит, что это необходимо для защиты семьи. Однако он не мог игнорировать то, что чувствовал. Этот танец был для него не просто жестом, а началом чего-то большего.
Первые искры
Библиотека усадьбы Орловых была одной из самых тихих комнат в доме. С высокими потолками, массивными книжными шкафами, уходящими ввысь, и приглушённым светом, она казалась миром, отрезанным от остальной суеты дома. Именно сюда Анна пришла вечером, выполняя просьбу Софьи найти одну из книг для её чтения перед сном.
Анна робко открыла тяжёлую дверь, стараясь не создавать лишнего шума. Внутри было прохладно и слегка темновато; свечи в канделябрах на стенах давали только мягкий свет. Она была уверена, что в это время библиотека должна быть пустой, но её шаги эхом раздались по комнате, и она сразу заметила фигуру, сидящую у окна.
Это был Александр. Он был погружён в чтение, склонившись над большим томом в кожаном переплёте. Его профиль, освещённый мягким светом, казался сосредоточенным, почти задумчивым. Он не сразу заметил её, и Анна инстинктивно остановилась, не зная, что делать. Её первое желание было уйти, чтобы не беспокоить его, но воспоминание о настойчивой просьбе Софьи заставило её остаться.
Она тихо подошла к одному из книжных шкафов, надеясь найти нужную книгу, не привлекая внимания. Но полки были настолько высокими, что ей пришлось встать на носочки, чтобы дотянуться до нужного ряда. К её неудовольствию, книга оказалась как раз на самом верхнем уровне.