— "Вы сильнее, чем думаете," — наконец сказала она, её голос был мягким, но уверенным. — "Вы тот, кто может выбрать свой путь, несмотря на всё."
Александр посмотрел на неё, его взгляд стал глубоким и задумчивым. — "Вы помогаете мне увидеть то, что я давно потерял из виду," — тихо сказал он. — "Спасибо, Анна."
Они остановились у беседки, из которой открывался вид на усадьбу. Лунный свет играл на снежных крышах, создавая ощущение сказки. Но эта сказка была далека от идеала, и оба это знали.
— "Анна," — вдруг сказал Александр, его голос был тихим, но твёрдым. — "Я не знаю, что ждёт меня впереди. Но одно я знаю точно: вы — единственный человек в этом доме, который помогает мне чувствовать себя живым."
Эти слова ошеломили её. Анна почувствовала, как её сердце пропустило удар, а затем забилось быстрее. Но она знала, что не может позволить этим словам вскружить ей голову.
— "Господин Александр," — ответила она, глядя на него серьёзно. — "Я здесь, чтобы помочь вам, но вы должны помнить: ваша жизнь принадлежит только вам. Никто не имеет права решать за вас."
Александр улыбнулся, но в этой улыбке была грусть. — "Вы правы. И, возможно, именно вы напоминаете мне об этом."
Они молча стояли, глядя на звёзды. В эту ночь Анна поняла, что её присутствие в этом доме стало не просто работой. Она была здесь для того, чтобы вдохновить, чтобы помочь, чтобы, возможно, стать той самой искрой, которая разожжёт огонь перемен.
----------
Дорогие читатели, ваша поддержка вдохновляет и помогает создавать эту историю дальше. Если вам близки герои и их путь, оставьте свой отзыв и подпишитесь, чтобы первыми узнать, что ждёт их впереди. Ваша обратная связь — крылья, которые помогают этой книге лететь!
Пламя в снегах
Зима в усадьбе Орловых всегда была строгой и безжалостной, но сегодня мороз, казалось, пробрался внутрь самого дома. Анна чувствовала его не только на коже, но и в напряжённой атмосфере, витавшей в воздухе.
Обычно она не обращала внимания на перешёптывания слуг, на взгляды, которые проскальзывали украдкой, пока она шла по коридору. Она привыкла к этому. Она не была одной из них, но и к высшему свету не принадлежала. Она находилась в подвешенном состоянии, в пространстве между мирами, и за это люди смотрели на неё либо с осторожным уважением, либо с лёгким презрением.
Но сегодня было что-то иное.
Когда Анна спустилась вниз, чтобы отправиться в детскую, она заметила, как две горничные, стоявшие у лестницы, внезапно смолкли, стоило ей приблизиться. Их лица напряглись, глаза застыли в недоговорённости.
— "Ты слышала?" — одна из них, худая девушка с русыми волосами, одёрнула фартук, словно пытаясь скрыть нервозность. — "Это же… невозможно."
— "Возможно всё," — тихо, но твёрдо ответила вторая, более взрослая женщина, переглянувшись с ней. — "Кто-то же должен был это сделать?"
— "Но если это правда… она же… чужая здесь."
Анна почувствовала, как её сердце сжалось. Внутри вспыхнуло острое предчувствие, как будто кто-то воткнул ледяной осколок прямо в её грудь.
"Они говорят обо мне."
Её шаг замедлился, но она не позволила себе подать виду. С гордо поднятой головой она прошла мимо, но у самого порога детской двери услышала ещё одну фразу, пробившуюся сквозь тихий шёпот:
— "Графиня в ярости. Её брошь исчезла."
Анна замерла.
Она не могла ошибиться.
"Господи… Нет. Это невозможно."
В детской Лиза и Павел встретили её, как всегда, с улыбками. Их светлые лица, полные наивной радости, были словно другой реальностью, в которой не существовало интриг и обвинений.
— "Мисс Анна, у нас новая игра!" — весело воскликнул Павел, подскакивая с места.
— "Вы будете судьёй!" — добавила Лиза, хлопая в ладоши.
Анна хотела улыбнуться в ответ, но в этот момент в дверь постучали.
Она знала, что это будет нечто важное.
— "Войдите," — сказала она ровным голосом, хотя внутри уже всё напряглось в ожидании.
Дверь медленно открылась, и на пороге появилась экономка, госпожа Воробьёва. Женщина с осанкой солдата, с глазами, которые видели слишком много.
— "Мисс Анна," — её голос был ровным, но в нём звучал холод. — "Графиня просит вас в гостиную. Немедленно."
Лиза и Павел замерли.
Анна почувствовала, как к её горлу подступает непрошенный ком.
— "Что случилось?" — спросила она осторожно.
Воробьёва не изменилась в лице, но её голос прозвучал как сталь.
— "Графиня объяснит вам лично."
Анна опустилась перед детьми, пытаясь не выдать тревогу.