Анна всерьёз вздрогнула.
— "Н-нет, миледи…"
— "Нет?"
Графиня наклонила голову, её тон оставался спокойным, но в глазах читалось отвращение.
— "Тогда объясни мне, что ты здесь делаешь?"
Анна не могла объяснить.
Потому что любой ответ был бы ложью.
Она подслушивала.
Она нарушила границы.
И теперь она будет наказана.
Анна не знала, что сказать.
Её грудь вздымалась от сбившегося дыхания.
Она перевела взгляд на Александра, в надежде, что он вмешается.
Что он защитит её.
Но он молчал.
Его лицо было напряжённым, глаза сужены, но он не сказал ни слова.
И это было больнее всего.
Графиня выдержала паузу, затем скользнула по ней холодным взглядом.
— "Как низко ты пал, Александр."
Его челюсть напряглась.
— "Вчера ты выставил себя на посмешище перед всей аристократией, а теперь… теперь твоя маленькая гувернантка уже стоит у дверей твоей семьи, подслушивая разговоры, которые ей не предназначены."
Анна стиснула зубы.
Она хотела сказать, что она не его.
Что она не принадлежит никому.
Но эти слова застряли в горле.
Потому что…
Разве это было правдой?
Первая трещина
Александр наконец заговорил.
Но его голос был другим.
— "Довольно."
Он сказал это тихо.
Но в этом слове скрывалась угроза.
Графиня лишь усмехнулась.
— "О, что же это?"
Она скрестила руки на груди.
— "Теперь ты её защищаешь?"
Она сделала шаг вперёд.
— "Или это тоже временное увлечение?"
Анна почувствовала, как её сердце оборвалось.
Она перевела взгляд на Александра.
Его глаза почти горели.
Он не ответил.
Но его молчание было хуже любого признания.
Графиня наклонила голову.
— "Слабость, Александр."
Она сказала это почти ласково.
— "Та самая, о которой я говорила."
Её взгляд вернулся к Анне.
— "Ты. Это твоя слабость."
Анна не выдержала.
Она отступила назад.
Только сейчас она поняла, что именно сделала.
Она была глупой.
Она думала, что сможет остаться незамеченной.
Что сможет жить в тени.
Но теперь она вынесена на свет.
Теперь она часть этой войны.
И выхода больше не было.
Александр резко выдохнул.
Затем повернулся к ней.
— "Уходи."
Анна замерла.
Он сказал это резко, твёрдо.
Как приказ.
— "Сейчас же."
Она хотела возразить.
Но не смогла.
Она развернулась.
И убежала.
Она не знала, куда направляется.
Она просто бежала прочь.
Коридоры усадьбы казались бесконечными, пол покрыт толстым ковром, и её шаги почти не слышны.
Но в голове грохотало.
Каждое слово, сказанное графиней, звенело внутри, будто осколки разбитого зеркала.
"Ты. Это твоя слабость."
"Ты не должна была слышать."
"Ты никогда не будешь частью этого мира."
Её сердце стучало так громко, что, казалось, оно сейчас вырвется из груди.
Но она не плакала.
Нет.
Она не могла плакать.
Потому что слёзы ничего не изменят.
Она завернула за угол, прижимая руку к груди, пытаясь унять дрожь в пальцах.
Но вдруг…
Она остановилась.
Потому что перед ней стоял он. Александр.
Он не ушёл далеко.
Анна не сразу поняла, что произошло.
Она думала, что сбежала.
Но теперь она осознала:
Он специально дал ей уйти.
А затем нашёл её первым.
Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел прямо на неё.
Его глаза были тёмными, тлеющими, полными вопросов, на которые у неё не было ответов.
Анна замерла.
Но он не дал ей времени на раздумья.
— "Ты слышала."
Это было не вопрос.
Это было констатацией факта.
Анна не могла лгать.
Она кивнула.
Тогда он сделал шаг вперёд.
— "Сколько?"
Она стиснула зубы.
— "Достаточно."
Александр тихо выдохнул.
В его взгляде мелькнуло что-то тёмное, что-то горькое.
— "Теперь ты знаешь."
Анна не знала, о чём он говорит.
О том, что он не тот, кем все его считают?
О том, что его отец исчез?
О том, что графиня видит в нём слабость?
Она не знала.
Но она знала другое.
— "Я не должна была слышать этого."
Она сказала это честно.
Но в ответ Александр усмехнулся.
— "Нет. Не должна была."
Он медленно провёл рукой по волосам, задерживая пальцы на затылке, будто пытаясь спрятать собственную усталость.
Затем его взгляд изменился.
Он стал жёстче.
— "Теперь, когда ты знаешь — что ты будешь делать?"