Когда она обратилась к экономке с просьбой принести новые чернильницы для занятий, та промолчала на несколько секунд, а потом ответила необычно холодно:
— Мне нужно поговорить с графиней.
Анна не сразу поняла смысл этих слов. Но вечером, когда она проходила мимо малой гостиной, услышала тихий разговор.
— Ты видела?
— Конечно.
— А он?
— О, он… пока ничего не знает.
Анна задержала дыхание. Они говорили про неё. Но кто именно? Она медленно сделала шаг вперёд, чуть выглянув из-за угла. И увидела Софью.
Она сидела в кресле с чашкой чая, а напротив неё — две молодые леди, гостьи графини.
— Глупая девочка, — усмехнулась одна из них, поднося бокал к губам. — Она даже не понимает, что скоро окажется за дверью.
— Думаешь, он будет за неё бороться?
— О, он слишком горд, чтобы сделать это открыто, — Софья слегка улыбнулась. — Но мы дадим ему шанс.
— Что ты имеешь в виду?
Анна почувствовала, как внутри всё сжимается.
Софья сделала глоток чая и, не меняя выражения лица, сказала:
— Мы покажем ему, кто она на самом деле.
Анна не помнила, как вышла из коридора. Она чувствовала дрожь в пальцах. Они что-то готовили.
Но что?
Что-то страшное. И самое ужасное — Александр ещё ничего не знал.
Анна хотела предупредить его.
Но что она могла сказать?
"Они хотят нас уничтожить"?
"Они плетут заговор?"
"Они хотят, чтобы ты отвернулся от меня?"
Она не могла сказать этого.
Потому что если скажет — значит, сама признает, что их разделить возможно.
А пока он ещё ничего не знает, у неё есть шанс.
Она должна понять, что Софья задумала.
Пока не поздно.
Анна не спала всю ночь. В её голове бесконечно повторялись слова Софьи, перешёптывания за дверьми, изменившиеся взгляды слуг и детей. Всё, что казалось ей крепким, как ледяная гладь озера, вдруг треснуло, открывая под собой бездну. Она не знала, что будет дальше, но чувствовала: что-то произойдёт сегодня.
Утром усадьба казалась ещё холоднее, чем обычно. В коридорах было необычно тихо, словно дом затаил дыхание перед бурей. Когда Анна вошла в классную комнату, Лиза и Павел уже сидели за столами, но на этот раз не разговаривали. Девочка украдкой посмотрела на Анну, но тут же опустила голову, а Павел и вовсе сделал вид, что увлечён страницами книги. Анна почувствовала невыносимую тяжесть в груди.
Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появилась экономка. Её лицо было непроницаемым, но в глазах светилось что-то странное, напряжённое.
— Графиня Орлова требует вашего присутствия, — голос её был ровным, но Анна знала, что эта фраза ничего хорошего не предвещает.
Графиня ждала её в гостиной. Она сидела в своём любимом кресле, сложив руки на коленях, а рядом стояла Софья. Их позы, их выражения лиц — всё в этой сцене говорило о том, что всё уже решено.
— Анна, — голос графини был таким же холодным, как и в ту ночь, когда она впервые сказала ей уйти. — Мне жаль, что всё сложилось так… неприятно.
Анна не ответила. Она знала, что это только начало.
— Но, увы, вы злоупотребили моим доверием, — графиня сложила руки перед собой, слегка склонив голову набок. — И, боюсь, я не могу оставить это без последствий.
Анна не знала, что именно они придумали, но что-то в её нутре уже кричало от тревоги.
— О чём вы говорите? — её голос прозвучал тихо, но уверенно.
Графиня сделала вид, что удивлена.
— Вы не знаете? — Она медленно повернула голову к Софье, словно приглашая её объяснить.
Софья улыбнулась, как всегда нежно и дружелюбно.
— Вчера вечером один из гостей графини обнаружил очень интересное письмо, — её голос был мягким, но в нём слышалась скрытая издёвка.
Анна почувствовала прилив холода.
— Письмо?
— О, да, — Софья сделала шаг вперёд. — Письмо, в котором… как бы это сказать… звучит слишком много личного.
Графиня продолжала наблюдать за Анной, и по её глазам было ясно: они всё подстроили.
Анна сжала руки в кулаки.
— Это ложь, — сказала она, но в её голосе прозвучало неуверенность.
Софья сделала вид, что вздохнула с сожалением.
— Мы бы хотели поверить в это, — сказала она, — но, к сожалению, письмо слишком красноречиво.
Анна не могла поверить.
— Где оно? — спросила она.
— О, не беспокойтесь, — графиня улыбнулась. — Оно уже передано тем, кто знает, как его использовать.