Сердце застыло.
— Я…
Анна не могла говорить. Она не ожидала этих слов. Но мать не отвела взгляда.
— Ты была ребёнком, Анна. Но я знаю тебя. Ты всегда винила себя за это.
Анна закрыла глаза. Она и правда всегда винила себя. Если бы она тогда уговорила его взять её с собой…
Если бы он не ушёл один…
Если бы она хотя бы успела попрощаться… Но если бы ничего не меняет.
— Я не хотела возвращаться, — тихо сказала она.
Мать едва заметно улыбнулась.
— Но вернулась.
Анна кивнула.
— Потому что это мой дом.
Мать сжала её руку сильнее.
— Анна… этот дом нам больше не принадлежит.
Её дыхание перебилось.
— Я знаю.
Мать покачала головой.
— Нет, ты не знаешь всего.
Анна встретилась с её глазами.
И тогда мать сказала слова, от которых внутри всё похолодело:
— Этот дом принадлежит Орловым.
Анна не сразу поняла смысл этих слов.
"Этот дом принадлежит Орловым."
Она смотрела на мать, но её разум отказывался воспринимать реальность.
— Что… что ты сказала? — её голос сорвался, словно не веря в то, что услышала.
Мать отвела взгляд, её пальцы медленно гладили край старого платка, как будто это могло её успокоить.
— Я должна была сказать тебе раньше… — её голос был тихий, уставший, полный вины. — Но я… я не знала, как.
Анна резко вдохнула.
— Орловы… купили наш дом? — она произнесла это вслух, но слова казались чужими, будто не принадлежали ей самой.
— Он уже не наш, Анна, — мать едва заметно пожала плечами, словно смирившись с этим. — Его выкупили… ещё до твоего возвращения.
Анна почувствовала, как внутри что-то оборвалось.
Она оставила свою жизнь ради семьи.
Оставила себя ради них.
Но в итоге всё было решено без неё.
— Почему ты мне не сказала? — голос её дрожал от предательства.
Мать тяжело вздохнула, её глаза казались потемневшими от усталости.
— А что бы ты сделала? — её голос был тихий, почти сломленный. — Ты бы бросила свою работу? Ты бы пришла сюда и отказалась от всего?
Анна зажмурилась.
Она не знала ответа.
Она просто не знала.
— Почему именно Орловы? — её голос был глухим.
Мать помедлила, прежде чем ответить:
— Они всегда были частью нашей судьбы, Анна. Тебе стоило это понять ещё там.
Анна замерла.
Её сердце бешено колотилось, мысли путались.
Что это значит?
Как это связано с её отцом?
Как это связано с ней самой?
Мать положила руку ей на плечо, её прикосновение было лёгким, почти извиняющимся.
— Ты устала с дороги. Давай поговорим об этом завтра.
Но Анна не могла ждать.
Она должна была узнать правду.
Но…
Её тело предало её.
Она чувствовала тяжесть во всех мышцах, усталость накатывала с новой силой.
Она не могла бороться с этим.
— Хорошо, — её голос был слабым.
Она почувствовала, как мать осторожно ведёт её к кровати.
Её веки опустились сами собой.
Но даже во сне она знала — завтрашний день изменит всё.
------
Кто из Орловых владеет их домом и почему? Какой клубок тайн еще предстоит раскрыть Анне? дорогой читатель, поделись своим мнением в комментариях. И не забудь подписаться на книгу, чтоб не пропустить новую главу.
Ветер перемен
Анна проснулась от тишины.
Такой гнетущей, что казалось, она давит на грудь, не давая дышать.
Она не сразу вспомнила, где находится, но стоило открыть глаза и увидеть обветшалые деревянные стены, как воспоминания ворвались в сознание.
"Этот дом теперь принадлежит Орловым."
Эти слова вчера прозвучали как удар грома, но она была слишком уставшей, чтобы осознать их до конца.
Теперь же, в утреннем свете, эта правда впивалась в неё, как осколки льда.
Она резко села, ощущая, как внутри поднимается тревога.
Мать пообещала объяснить всё утром, но что это могло значить?
Как это могло случиться?
Почему именно Орловы?
Анна накинула на плечи старую шаль и вышла в главную комнату.
Мать уже была на ногах.
Она сидела у стола, медленно перелистывая пожелтевшие бумаги.
На её лице не было сна, только усталость.
— Ты уже проснулась? — голос матери прозвучал ровно, но взгляд её избегал Анны.
— Ты обещала рассказать мне всё, — Анна подошла ближе, чувствуя, как внутри нарастает холод.
Мать слегка вздрогнула, её пальцы сжали бумаги сильнее.
— Я знаю, — она медленно сложила бумаги в стопку, но всё ещё не смотрела на дочь. — Я расскажу… но не сейчас.