— Недели? — её голос был сухим.
— Да, — управляющий слегка наклонил голову. — Вам даётся семь дней, чтобы собрать вещи и освободить помещение.
Анна не знала, что сказать.
Графиня не просто выкупила этот дом — она хотела их убрать немедленно.
— А если мы не уйдём? — её голос зазвенел от напряжения.
Мужчина слегка приподнял бровь, словно его удивил сам вопрос.
— Тогда, боюсь, вам всё равно придётся уйти, — его голос оставался ровным, но в нём слышалось предупреждение.
Анна сжала пальцы на бумаге, чувствуя, как гнев поднимается внутри неё. Это был их дом. Их жизнь. И всё это теперь оборачивалось против них.
Управляющий отступил на шаг, явно давая понять, что его миссия закончена.
— Советую вам не затягивать с решением, — бросил он. — Орловы умеют быть щедрыми, если им не перечить.
Анна стиснула зубы, но мать остановила её, слегка коснувшись её руки.
— Благодарим за ваше предупреждение, — голос матери был спокойным, но пустым.
Мужчина медленно кивнул, развернулся и вышел в снег, оставив после себя тяжёлую тишину.
Когда дверь закрылась, Анна разжала кулаки, чувствуя, как по ладоням прокатывается жар от гнева.
— Мы должны что-то сделать, — её голос был резким, полным эмоций.
Мать тихо вздохнула.
— У нас есть неделя, Анна.
— Но…
— Неделя — это всё, что у нас есть, — мать посмотрела на неё выгоревшими глазами. — И никто нам не поможет.
Но в этот момент раздался второй стук в дверь.
Анна замерла.
Стук в дверь был громким, настойчивым, но не таким холодным, как у управляющего Орловых. Он не пугал, но заставлял замереть в ожидании. Анна перевела взгляд на мать, но та лишь сжала губы и устало кивнула. Они обе не знали, кто мог прийти теперь, но одна мысль уже поселилась в голове Анны.
"Если это ещё один человек от Орловых — я не выдержу."
Она глубоко вдохнула, выпрямилась и открыла дверь. И в тот же миг сердце сорвалось в пропасть.
На пороге стоял он.
Александр.
Он был всё тот же, и всё же совсем другой. Плотное шерстяное пальто покрыто снегом, волосы слегка растрёпаны от ветра, а тёмные глаза более напряжённые, чем когда-либо.
Но главное — он был здесь.
Перед ней.
Анна не могла вымолвить ни слова. Они не виделись столько времени, но даже молчание не скрывало напряжения, что повисло между ними.
— Анна, — он сказал её имя так, будто выдохнул его вместе с холодным воздухом.
Она поздно осознала, что всё это время смотрела на него, словно он фантом, который вот-вот исчезнет.
— Что ты здесь делаешь? — её голос был тихий, но наполненный эмоциями.
Александр едва заметно сжал кулаки.
— Я узнал о вашем положении, — его голос был спокойным, но в нём слышался металл. — И я приехал помочь.
Анна замерла.
Эти слова оказались сильнее, чем она ожидала.
Помочь.
Но что это значило?
Как он мог помочь?
Сзади раздались шаги, и Анна почувствовала присутствие матери.
— Милорд, — её голос был вежливым, но напряжённым.
Александр перевёл на неё взгляд и слегка склонил голову, но Анна видела, что его внимание приковано только к ней.
— Простите, если мой визит неожиданен, — его голос был ровным, но в нём было что-то, что Анна не могла разобрать. — Но я не мог поступить иначе.
Анна не знала, что ответить. Её пальцы дрогнули, когда она сжала их в кулак, чтобы взять себя в руки.
— Ты… не должен был приезжать, — её голос прозвучал глухо, но она не могла сказать иначе.
Она не могла позволить ему вмешаться.
Александр медленно вдохнул, его плечи слегка напряглись, но он не отступил.
— Разве у меня был выбор? — его голос был чуть тише, но в нём слышалось что-то глубокое, почти личное.
Анна почувствовала, как внутри всё дрогнуло. Он сказал это так, будто его это мучило так же, как и её. Но он не понимал. Не понимал, какой ценой это может обернуться.
— Ты рискуешь, приехав сюда, — её голос был твёрже, чем она ожидала.
Александр грустно улыбнулся.
Мать перевела взгляд с него на Анну, но ничего не сказала.
В комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая только далёким завыванием ветра.
Анна понимала, что должна что-то сказать, но в её голове всё смешалось.
Он здесь.
Он приехал ради неё.
Ради её семьи.
И она не знала, что с этим делать.
Александр стоял перед ней, словно живое напоминание о том, от чего она пыталась убежать.
Он не должен был быть здесь.
Но он пришёл. И его слова, его поступки пугали её сильнее всего на свете. Он не просто рисковал, вмешиваясь в её жизнь. Он давал ей надежду, а надежда — это самая опасная иллюзия. Она не могла позволить себе поверить в неё.