В тот вечер они сидели у дома, глядя, как в снегу играют дети.
Анна ощущала странное спокойствие. Графиня может посылать письма, всадников, угрозы — но Александр не дрогнул. Теперь они были здесь. Это был их дом. За окном медленно падал снег, накрывая всё вокруг чистым покровом. Как новая жизнь.
Утро было необычно тихим. Анна проснулась раньше обычного. Солнце ещё не поднялось, но в комнате уже было светло от снега, отражавшего лунный свет.
Александр ещё спал, его дыхание было ровным, глубоким. Она осторожно соскользнула с кровати, подошла к окну. За окном всё было спокойно. После визита посланника графини ничего не изменилось.
Жизнь продолжалась.
Но Анна знала — теперь они действительно перешли черту. Пути назад больше не было. Утром Александр отправился в лес с мужчинами деревни. Теперь они считали его своим.
— Ты уже не новичок, — сказал старик, передавая ему топор.
Александр принял инструмент с лёгкой усмешкой.
— Рад слышать.
Работа была не лёгкой, но честной. В отличие от жизни в поместье, здесь всё было просто: если ты трудишься — тебя уважают. И Александр чувствовал, что впервые в жизни живёт по-настоящему.
Анна теперь каждый день занималась с детьми. Они учились писать буквы палочками на досках, складывать простые слова. Однажды Анна принесла из дома книгу, которую ей дала хозяйка.
— Сегодня мы будем читать историю про храброго лиса.
Дети обрадовались. Даже взрослые начали заходить посмотреть на её занятия.
Одна из женщин сказала:
— Мой мальчик всё утро ждал, когда придёт учиться.
Анна улыбнулась. Она больше не была гувернанткой при графине. Она стала учительницей для этих детей.
Через неделю в деревню приехали ещё одни всадники. Они не спрашивали про Александра. Они просто передали письмо Анне и уехали.
Анна развернула его дрожащими пальцами.
"Ты украла у меня сына. Но помни: я не прощаю. Когда-нибудь тебе придётся заплатить за это."
Подпись была короткой: "Графиня Орлова."
Анна побледнела.
Она не оставила их в покое.
Когда Анна показала письмо Александру, он разорвал его, не читая.
— Она уже не имеет власти над нами, — сказал он твёрдо.
Анна подняла на него взгляд.
— Ты так уверен?
Александр положил руки ей на плечи.
— Она может угрожать сколько угодно. Но ты теперь не одна, Анна.
Она глубоко вдохнула. И почувствовала, что он прав. Вечером Анна и Александр сидели у дома. На улице дети смеялись, играя в снегу.
Анна посмотрела на Александра.
— Ты счастлив?
Он задумался.
— Я свободен, — ответил он. — А значит, да.
Анна улыбнулась. Значит, и она тоже. За окном шёл снег. Новый день был ещё впереди.
Дыхание весны
Зима не сдавалась без боя. Она цеплялась за землю, оставляя грязные сугробы, ледяные лужи, пронизывающий ветер. Но весна уже дышала в воздухе. Солнечные лучи пробивались сквозь тяжёлые облака, играя на мокрых крышах домов. Лёд на реке начал трескаться, и дети с восторгом бросали в воду палки, наблюдая, как их уносит течением.
Анна вышла на крыльцо, вдохнув глубоко, как будто впервые за долгое время. Воздух был свежим, пропитанным запахом талой земли и влаги.
Она закрыла глаза, позволяя ветру коснуться лица, запутаться в волосах.
— Нравится?
Она обернулась.
Александр стоял у двери, наблюдая за ней с мягкой улыбкой.
— Да, — прошептала Анна.
Она не могла объяснить, почему этот момент казался таким важным. Но он был здесь, рядом. И этого было достаточно.
День был особенным. Анна впервые в жизни чувствовала, что по-настоящему нужна. Она стояла в маленькой деревянной избе, которая теперь была её школой.
В комнате пахло свежим деревом, углём из печи и немного — травами, которые сушились под потолком. Она провела ладонью по старому деревянному столу. Когда-то она сидела за столами, покрытыми атласными скатертями, в дорогой усадьбе.
Но здесь, в этой крошечной комнате, без золота, без роскоши — она чувствовала себя счастливой.
За дверью раздавался детский смех.
Анна вышла во двор и увидела десяток ребятишек, скачущих по утренним лужам. Некоторые были совсем маленькие, лет пяти, их пухлые ладошки испачканы землёй. Другие — постарше, но с таким же восторгом смотрели на неё, будто она принесла с собой волшебство.
Она улыбнулась.
— Доброе утро, дети.
Они замерли, выпрямившись, как солдатики.
— Доброе утро, учительница!
Анна удивлённо приподняла брови. Она никогда не слышала этих слов в свой адрес. В поместье Орловых она была гувернанткой, нянькой, прислугой.