Возле ограждения оказалась очередная дверь – в них Лилия, к своему удовольствию, пока не запуталась. Нельзя было не отметить, что вся система переходов продумана очень грамотно, позволяя одновременно разойтись многим животным с хозяевами и конюхами и уберегая лошадей от перепада температур.
Всё это Лилия выяснила и приняла к сведению, пока Марли вёл её в ясли. Тут сейчас находилась только одна парочка – кобыла и её маленький жеребёнок.
Девушка и не знала, что при виде маленькой лошади придёт в такой восторг!
–Какой ты славный! – воскликнула она, когда жеребёнок помчался к ним, увидев Марли.
–Ему полтора месяца, – сказал эльф, легонько отталкивая маленькое скачущее создание, чтобы пройти; однако жеребёнок не поддавался, и тогда Марли так пронзительно присвистнул, что Лилия невольно закрыла уши руками.
А вот на жеребёнка это возымело должный эффект: он сразу потупился и потрусил к кормушке.
Лилия восхищённо взглянула на друга.
–Эффектно!
–Спасибо, – ответил Марли; кончики его ушей сразу покраснели.
Он прошёл к дальней стене, присел и тихим свистом подозвал жеребёнка к себе. Теперь тот подошёл гораздо спокойнее, хотя от нетерпения у него дёргались ушки, а маленький хвостик, похожий на распушившийся веник, стоял торчком.
Девушка всё ещё стояла у двери в нерешительности. Кобыла оглянулась на неё, и, видимо, решив, что она безобидна, неспешно отошла в угол.
–Давай, иди сюда! – позвал Марли, положив руку на холку в нетерпении переступающему с ноги на ногу жеребёнку. – Они не против внимания, не волнуйся.
Поколебавшись ещё секунду, Лилия не смогла-таки устоять перед обаянием маленького жеребчика, который, словно щенок, радостно завилял хвостиком при её приближении и потянул к ней морду.
–Такой маленький, и уже с пятнышками, – заметила девушка.
Марли помог Лилии высвободить косу от зубов жеребёнка и щёлкнул его по носу.
–Это в воспитательных целях, – с улыбкой пояснил Марли на удивлённый взгляд подруги. – Пора учиться манерам.
Эльф вдруг принялся осматривать жеребёнка; от внезапности происходящего малыш даже перестал переминаться с ноги на ногу и махать хвостом. Лилия наблюдала за тем, как Марли уверенным движением открыл жеребёнку рот, осмотрел зубы, затем проверил глаза и ушки.
Как Манель чувствовал себя уверенно в саду, Финель – в кузнице, а Эльдалин – на тренировке, так же себя, вероятно, чувствовал Марли, работая с лошадьми. У него сейчас был такой сосредоточенный, «взрослый» (в отличие от его обычной рассеянности) вид, что девушка некоторое время завороженно наблюдала за ним, а потом широко улыбнулась и тихо рассмеялась.
Марли, забыв отпустить ушко жеребёнка (который косился на эльфа, всё ещё не шевелясь), с удивлением и в одно мгновение вернувшимся детским выражением лица оглянулся на Лилию. Его веснушки ярче проступили на бледной коже.
–Что? Что не так?
Жеребёнок мотнул головой и недовольно фыркнул; Марли разжал пальцы.
– Прости, дружок.
–Марли, ты просто чудо! – воскликнула девушка. – Никогда не видела тебя таким!
Эльф смущённо запустил пальцы в волосы. Друзья рассмеялись. Освобождённый жеребёнок принялся скакать вокруг матери, и вдруг получил от неё недовольный, и, судя по всему, ощутимый тычок мордой.
Обиженный малыш, не раздумывая ни секунды, с тонким ржанием подбежал к Марли и ткнулся ему в плечо.
–А я говорил – веди себя хорошо! – строго сказал эльф, впрочем, потрепав жеребёнка по шее.
2
Когда они вышли наружу, Марли попросил Лилию подождать немного. Эльф заглянул в оружейную – амуниция для всадников и лошадей тоже находилась там – и громко позвал:
–Ирис! Ты здесь?
Лилия не успела удивиться, как из дверей показался недавний знакомый. Он вопросительно приподнял брови.
–Не выведешь их на прогулку, когда освободишься? – кивнув на ясли, попросил Марли. – Я немного занят, а малыш у неё очень уж активный.
–Конечно, – Ирис кивнул и повернулся к девушке; на лице появилась сдержанная, приветливая улыбка. – Пришло время учиться и верховой езде, да?
–Кажется, – улыбнувшись в ответ, кивнула Лилия. – Не знала, что ты тоже с лошадьми работаешь.
–Да, уже несколько лет занимаюсь только этим.
Ирис ещё раз кивнул и скрылся внутри.
Лилия и Марли направились обратно, в конюшню.
–Я так и не решилась спросить у него тогда, что произошло с ногой, – призналась девушка, вспомнив о хромоте эльфа.
–Напрасно, он бы ответил. У Ириса нет на этот счёт особенных переживаний.
–То есть?
–Ну, знаешь, многие из тех, кто предпочитает разведку – а Ирис всю жизнь был разведчиком – на стенку лезут без этой возможности. За ним я такого не заметил. После выздоровления он просто пришёл и попросил дать ему работу. Кажется, Ирис почти не переживал, что пришлось сменить род занятий.