Вернулся, прошелся по проходу, где мы шли, поставил пару растяжек. Ставил так, чтобы осколки полетели по прямому участку прохода, если врагов будет несколько, чтобы зацепило как можно больше. Друзей у меня тут нет, да оно и спокойнее спать будет.
Расседлал лошадей, повел их к водопою, там их долго купал и обихаживал. Лошадь не человек, организм у нее хрупкий, беречь надо. Отогнал лошадей обратно в первую долинку, пусть там пасутся. Вернулся и помылся сам, у ручья, впадающего в озерцо, перестирал одежду и разложил ее сушиться рядом на камнях, сам переоделся в сухое и чистое из рюкзака. Тем временем солнце спустилось до края холма и стало резко темнеть. Пора располагаться на ночлег.
Топлива в долине не было, пришлось разжигать горелку из армейского рациона и греть на ней еду. Нарубил ножом травы, сколько хватило сил, свалил в кучу, бросил сверху пенный коврик (Спасибо тебе, Ярослав, за науку, что все свое надо носить с собой даже если едешь по безопасному маршруту, надеюсь, ты там жив и здоров) и устроился на нем спать, утро вечера мудренее.
Утро разбудило меня солнечным светом и пеньем птиц. Ну разбудило, и хорошо, вставать пора, чем больше я захвачу дневного времени, тем лучше мне будет. Идея о том, чтобы пробираться ночами, не нравилась категорически, мне надо видеть, куда я еду. В случае чего, отобьюсь от дикарей на дальней дистанции, тут все плоское, видно на пару километров, пока до меня скакать будут, сниму их из автомата. Собственно, даже пулемет успею распаковать, зарядить и пустить в дело. Так что лучше днем. Мне надо врага видеть, прибора ночного видения нет и не предвидится, а дикари если и не видят в темноте, то свою местность знают куда лучше моего.
Еще раз сводил коней на водопой и взялся их седлать, прикидывая, чтобы сегодня заводными шли те, кто вчера нес груз. Снял растяжки, сел верхом на лошадь и повел свой караван на выход, пора двигаться дальше. На самом выезде остановился, привстал на стременах, оглядел окрестности в бинокль. Вроде, никого не видно, двигаюсь дальше. Мы вышли из прохода между холмов и пошли дальше на север. Судя по карте, вчера мы прошли где-то лиг 12–15 или около того. Получается, лига у них тут что-то около 3 миль или 5 километров, если грубо округлять. Вообще удачно, что ни разу не пришлось сворачивать и искать объезд, пусть так и сегодня будет.
Как сглазил. Уже через пару миль путь нам преградил овраг, причем слишком глубокий, чтобы лошади могли его пересечь. Справа были холмы, вряд ли там будет проще, пришлось повернуть левее и ехать вдоль оврага. Примерно через три мили овраг стал более пологим и мне удалось перевести лошадей на другую сторону по одной. Не успели мы отъехать от оврага, как заметил с другой его стороны, примерно в направлении, откуда мы вчера отправились, облако пыли. В бинокль разглядел полторы дюжины конных воинов, вовсю нахлестывающих лошадей, расстояние до них было километров 5 или около того, эта сторона оврага выше противоположной, видимость была хорошая..
Приплыли. Придется воевать, оторваться тут никак. Дистанция для автомата явно запредельная, стрелять-то можно, попадать нельзя. Остается пулемет.
Снял с вьючной лошади тюк с пулеметом, развернул брезент. Подумав, установил пулемет на сошки на плоской кучке крупных камней рядом. Закрепил короб со 200-патронной лентой, заправил ленту. Так, надо что-то с лошадьми делать, они же запаникуют от звуков стрельбы, так что стреножить их, да еще и привязать к крепкому кусту подальше. Глянул в бинокль на приближающихся всадников, километра два осталось, долго возился, пора занимать позицию. Положил на землю коврик из пенки, приложил приклад к плечу, примерился к прицелу, на пулемете стоял шестикратный оптический прицел ACOG, в него уже можно было разглядеть детали одежды орков. Подъехав примерно на километр к моей позиции, они, судя по всему, заметили моих привязанных лошадей и остановились. Главный начал размахивать руками, явно отправляя часть отряда во фланг. Не надо мне этого. Вдавил приклад в валик на плече бронежилета, прижал сверху левой ладонью, как учили, и аккуратно потянул спуск.