Кошка успела как можно аккуратнее метнуть несколько игл в оголенную шею последней в ряду служанки. Она тут же рухнула, и только отточенная годами ловкость позволила Химари успеть поймать и кошку, и ее драгоценное блюдо. Мельком проверив пульс, она за кимоно оттащила жертву в ближайший шатер, полный запасных фонарей.
Даже когда Химари вернулась на свое место, все были увлечены произошедшим. Волки оглядывали деревья, выискивая, что могло заставить столько фонарей просто свалиться с веток и разбиться на тысячи осколков, служанки шептали свои догадки друг другу:
— Надо было нас попросить, глупые неуклюжие псы. Повесили черти как, вот пусть Инпу их и накажет, — донесла слух впередистоящая служанка.
Инпу и сам был не прочь покарать своих волков. Он стоял на пороге чайного домика и отдавал приказы — позвать кошек, чтобы убрали, заменить фонари, прочистить всю территорию на случай диверсии. Рядом с ним показался и Лион. Все так же строг, серьезен, но совсем не спокоен.
— Шевелитесь там! — рыкнул один из волков у входа на площадку. — Фонари и фонари, вам-то что с того?! Еда стынет, — бурчал он, мельком оглядывая каждую служанку. Химари заметила на его шее кристальный медальон. Значит, этот умел оборачиваться настоящим волком. Огляделась – вся свора охраны была с медальонами. Злоба на миг затуманила ее разум. Столько веков прошло с тех пор, как псины выкрали у кошек секрет оборотничества. Их отвратительные тела не способны были вмещать силу и воды Самсавеила, как кошачьи, но они нашли лазейку – полые медальоны из кристалла, наполненные священной водой. Такие только в недрах храмов достать можно было. И вот теперь они их вешали на шею! Нагло пользовались священными дарами, не предназначенными для всего их рода! Нет бы, как все – смириться с тем, что лишь один из тысячи может обрести облик зверя! Они самовлюбленно решили быть лучшими. Бестолковые, эгоистичные псы.
Химари собралась с мыслями, подавив злобу и отвращение, тайком поправила под кимоно завязки гэта, опустила глаза, скрывая их лиловый цвет, и засеменила за кошками. Они все покачивались, изображая из себя плакучую иву, останавливались у волков на входе и кланялись в пояс. Кошка повторила за ними.
Было всего одно но — у Химари была другая прическа и совершенно неподходящий наряд. И если кто-нибудь заметит, то проще сразу сдаться.
Волк мельком глянул на нее, принюхался и остановил, не дав пойти за служанками. Кошка выпрямилась из поклона и осталась стоять навытяжку. Неужели раскусил?
— Так вот, что так странно пахнет, — фыркнул страж, поднимая крышку блюда. — Проходи.
От сердца отлегло. Благодарно кивнув, Химари засеменила за хороводом служек. От ее взгляда не ускользнуло ничего. Часть волков была занята фонарями, разбитые-то уберут, но требовалось повесить новые. Другие прочесывали лес за пределами заборчика. Третьи стояли по периметру, как каменные статуи. Обнаружение Химари было лишь вопросом времени.
У самых дверей кошка обернулась и придирчиво осмотрела площадку. Абсолютно все были заняты делом или караулили в лес. Служанки цепочкой вошли внутрь, а Химари юркнула за угол чайного домика, придерживая блюдо. Как же оно мешалось! Но выкинуть не было ни малейшей возможности. Кошка еще раз осмотрелась - никто ничего не заметил. И тогда она по стенке прокралась до окна. Над головой что-то скрипнуло, кошка принюхалась — волки, сторожат Инпу сверху, лучник, или даже два. Есть шанс, что и по периметру дома тоже кто-то есть. Молясь на удачу, кошка выглянула из-за угла. И носом едва не уткнулась широкоплечему волку в грудь и пульсирующий лиловый кристалл на цепи. Сглотнула, подняв глаза. Как она могла его не учуять? Потеряла сноровку за двадцать лет, глупая кошка.