Кошка обещала шестикрылому серафиму стать шисаи, вот только ей было невдомек, что шисаи — не лучшие из куно, а особенные. Тренировок и упорства мало, слишком мало. Вера, знания, опыт — полнейшая чушь, не способная ни на шаг приблизить к цели. Но Химари не привыкла мириться.
— Скажите, что я должна сделать, чтобы стать шисаи? — спросила она Ясинэ, начищая катаны.
— Сольпуга, я не первый месяц тебе толкую, что просто так шисаи не стать. Я не хочу продолжать этот глупый разговор.
— Вам не нужны шисаи? — упорно продолжала кошка.
— В этом храме и так три шисаи, этого достаточно, — Ясинэ сгоряча огрела утико о стену, пыль глинозема практически не сыпалась с мешочка.
— Значит, чтобы стать шисаи, я должна убить одну из них и занять ее место, так? — Химари проверила лезвие клинка, проведя им по ладони.
— Нет! — огрызнулась тигрица, перебирая остальные утико в коробочке. — И я не собираюсь ставить условия, как в первый раз.
— Тогда я поставлю! — Химари вскочила и вернула клинок в ножны. — Если вы не возьмете меня, я расскажу всем, что в женском храме Самсавеила живет мужчина. Хайме ведь нельзя быть здесь, верно? Что скажут остальные настоятели? Другие шисаи? — кошка не видела, как побагровело лицо Ясинэ, и продолжала. — Еще я скажу, что он ваш сын, и вы его прикрываете. Хайме с его навыками ведь должен либо стать шисаи в мужском храме, либо охотником на службе императора.
Ясинэ обернулась, и кошка с силой сжала рукоять катаны. Горло сдавило от подступивших слез — тигрица смотрела на нее, как отец — с тем же презрением, с той же ненавистью.
— Я знаю, что вы скажете, — прошептала Химари, едва сдерживая слезы. — Убирайся, да? И вы не желаете меня больше видеть?
— Нет, — сухо прорычала Ясинэ. — Я верну тебя отцу — он как раз ищет свою несносную дочурку.
#19. Я ненавижу тебя сильнее, чем могу вытерпеть. И я люблю тебя сильнее, чем могу выдержать
Бродягою пройдешь пути свои — добьешься,
Не раз умоешься в своей крови — добьешься.
Коль от себя сумеешь отказаться
И сам взойдешь на жертвенник любви — добьешься.
Химари потребовался год, чтобы сбежать из подземелий, в которые упрятал ее отец. У него не было планов на династический брак, как она опасалась. Но назревала война, а Император хотел позаботиться о своей Айко. К счастью Химари, он не учел семь лет, которые она провела в храме Самсавеила ученицей Ясинэ. Стражи были соблазнены и лежали со вспоротыми глотками грудой тел в ее же клетке. Патрули были убиты со спины и аккуратно уложены в темных нишах. Несколько тел пошло на корм кумо по совету шестикрылого серафима. Кошка просила снять с нее обязательства обещания, и готова была заплатить жизнью, но ангел был непреклонен — она обязана стать шисаи. И даже подарил яблоко из сердца горы, Райского сада.
И вот кошка стояла на полигоне у самых ворот, предлагая тигрице бесценнейший дар — то самое яблоко, пульсирующее, будто живое сердце.
— Моя госпожа, позвольте мне бой, как в самый первый раз, — взмолилась Химари, уткнувшись лбом в каменную плитку.
— Ты не достойна даже находиться рядом со мной! Мне следовало вышвырнуть тебя за ворота, как это сделали шисаи других храмов, — зашипела Ясинэ, сжимая в кулаке старый посох с кошачьей головой.
— Тогда бы я не научилась быть куно, — горько-горько прошептала Химари.
— Так и должно было быть! Твоя судьба — защищать свою семью, а не из кожи вон лезть ради совершенно бессмысленной мечты! Здесь тебе не клуб благородных девиц, мы не учим быть леди при императорском дворе, мы учим быть убийцами, тенями Самсавеила, — тигрица ловко поправила свесившегося с ее лба паука.
— Я и была убийцей! Я была тенью! Разве я завалила хоть одно ваше задание? Разве возвращалась с пустыми руками, а не головой врага? — зло закричала кошка, едва не плача.
— Ты предала меня, когда попыталась шантажировать. Ты перешла черту, и я не собираюсь тебя прощать просто потому, что ты императорская дочка, — тигрица тяжело выдохнула, развернулась на лапах и направилась к конэко, вытанцовывающим друг с другом замысловатые па.
— Но я же ваша сольпуга! — отчаянно закричала Химари.
Госпожа Ясинэ остановилась, пряднула полосатыми ушами, судорожно кивнула.