— Неправда, у него был мотоцикл, он меня на нём ещё в молодости возил с интерната домой.
— Да он его давно уже пропил, алкоголик несчастный.
— Он сейчас не алкоголик, теперь он женатый и не пьющий, защищая дружка, ответила Лера.
— А я кажется, начинаю припоминать? Точно! Ты и есть та малолетка из интерната, что бегала к нему трахаться по ночам, пока мать была на дежурстве.
— Я с ним никогда ни трахалась, и трахаться не собираюсь.
— Да хорош врать-то, вся деревня знала, что он в тихушку поёбывал тебя, так я уж и поверил, вот и сейчас твои довольные щёчки залились румянцем, благодетельница ты наша.
— Я ни ваша и никогда не буду ей, продолжала дерзить разгневанная женщина.
— А это сейчас мы проверим, усмехнулся шофёр, давя на тормоз.
Едва не воткнувшись головой в лобовое стекло, Лера не заметила, как его правая рука юркнула под короткую юбочку, сдвигая подол. Но ощутив грубые пальцы на чувствительной коже, она машинально попыталась сдвинуть голые ляжки. Ухватившись чуть выше колена, он стал продвигать ладонь между раздвинутых бёдер, пробираясь к лобку. Каждая её попытка сдвинуть плотнее ноги заканчивалась тем, что он болезненно щипал её нежную кожу на внутренней поверхности бедра.
Левая его рука ловко расстегнула ширинку и вытащила увесистый член. От такого неожиданного поворота, Лера застыла в нервном оцепенении, и смотрела как кролик на вздымающегося удава. И так не малый отросток рос как на дрожжах, увеличиваясь в длине и объёме. С ехидной улыбкой в глазах, он обхватил всей пятернёй свой толстый кочан, и начал водить ей по всему длинному органу, стараясь довести его до кондиции. Шкурка так прикольно двигалась по стволу, то она накатывалась на малиновую бархатистую головку, полностью скрывая её и собираясь на конце в светло-коричневый венчик, то полностью оголяла этот уродливо-нестандартный объёмный шишак, собираясь за ним розовыми гофрированными складками с творожистым налётом.
Тем временем его левая рука ухватилась за пышный лобок, и теперь уже жёстко наминала её пухлые губки у верхнего свода. Сумка с вещами, расположенная между ног, как назло не позволяла сомкнуть вместе колени, давая возможность насильнику добраться до столь желанной пиздюльки. Не испытывая особых препятствий, его ладонь спустилась значительно ниже, и схватилась за припухшие губки у самого входа. Ощущая влажную ткань и липкую испарину в промежности, он ещё больше расплылся в улыбке, и заговорил стихами:
— А пиздёнка то у тебя действительно ничего — такая вся напыщенная упругая, и вдобавок уже потекла, видно хочет побаловаться. Да и сама ты, по-видимому, не против, вон взгляда от моего красавца оторвать не можешь. Кстати, как тебе стишок, сам сочинил пока ехали, добавил таксист, ещё больше расплываясь в улыбке.
От испуга и неожиданности Лера не могла говорить, она не могла вообще как-то отреагировать на происходящее. Раскумарившись в душном салоне с закрытыми окнами, она вообще плохо, что соображала и молча, отдавалась этим крепким рукам, напрягаясь как сжатая пружина. А её не протрезвевший взгляд был по-прежнему устремлён на поднявшийся фаллос, как буд-то в этом мире ничего не существовало кроме него.
Бывают симпатичные мужчины, с нормальными пропорциями тела, высокие стройные, а бывают такие грубые неотёсанные с большой головой крупным носом, широкими или наоборот узкими плечами, длинным торсом, кривыми и короткими ногами. Так вот и члены бывают стандартные с нормальными размерами и пропорциями, такие красивые и привлекательные, а бывают и не стандартные, такие же не отесанные, как и мужики. И как раз своими нестандартными пропорциями и габаритами, слишком большими, или слишком маленькими, они привлекают к себе особое внимание любопытных зрителей. Вот и Лерочка не могла отвезти глаз от этой уродливой, но невероятно огромной залупы.