Лера стояла униженной, стараясь не показывать своего истерзанного вида. В данный момент её больше всего волновало, чем накормить семейство и мужа. И тут, словно понимая сложившуюся ситуацию, Настя предложила всем отобедать в кафе.
— Дети, а вы не хотите поехать куда-нибудь, покушать мороженного, пирожного, поддержала Лера идею.
— Да, да, ответили хором ребята.
— Ну тогда просите, что бы папочка нас свозил на машине.
— Папа, ну давай поедем, мы давно нигде небыли вместе, снова хором затараторили сыновья.
Поездка оказалась удачной, Роман любил своих сорванцов, и уже стал снисходительнее относиться к супруге, понимая, что она какая ни есть, но их мать. Видя, как Лера заботится о детях, он уже сто раз пожалел, что так с ней поступил. Но чёрные мысли о своей благоверной временами накатывали на него. В эти моменты он жаждал от неё продолжения рассказов о своих похождениях, но тут же старался отвлечься.
Насытившись сладостями, всё семейство отправилось в парк. Стараясь сосредоточится на своих малышах, супруги шутили, веселились, катаясь на всех аттракционах. Глядя на них Настя, начала завидовать своим старшим друзьям. Но на неё никто не обращал должного внимания, и она себя почувствовала третей лишней. От неё ушёл муж, и хотя он не вызывал симпатий последнее время, она переживала, что осталась совсем одна. Даже брат сбежал, ничего не сказав. Её уход так и не заметил никто.
Семейство вернулось лишь к вечеру, и уставшие дети быстро заснули. Супруги то же отправились в спальню. Готовясь ко сну, Лера сняла с себя платье, бюстгальтер, и оставаясь в одних трусиках, собралась уже одевать на себя пеньюар. В этот момент Роман увидел на её животе большое тёмное пятно.
— Лера, что это у тебя? Удивлённо спросил её муж.
— Что не видишь, это цена твоего освобождения.
— Сволочь, я убью его падлу.
— Ром не связывайся лучше с гавном, ты сделаешь только хуже для нас. Он подошёл до жены, прижался к спине, и обнял за талию, гладя нежный животик.
— Не надо Роман, отпусти мне больно.
— А тут не больно тебе, спросил он, просунув руку к лобку.
Вдавливая эластичную ткань полоски трусов в глубокую щель, он начал ласкать её клитор.
— И тут больно, мне везде больно, убирая его ладонь от промежности, сказала супруга.
Не зная, что сказать, и как продолжить расспросы, Роман стоял в ожидании.
— Роман, я понимаю, что в кафе и парке просто был фарс, и вижу, как ты до сих пор напряжён. Скажи, как ты поступишь со мной?
— Я ещё не решил, посмотрим, что будет дальше. Всё зависит только от тебя. Но если ты ещё хоть раз мне изменишь, я ни знаю, что с тобой сделаю.
— Рома, я постараюсь быть примерной женой! Я очень буду стараться! Но только не надо больше меня унижать, и так со мной поступать.
— Как поступать?
— Как? Ты всё так быстро забыл!
Роман ничего не ответил, он подхватил свою благоверную, и положил на семейное ложе. Ей по-прежнему было стыдно смотреть в глаза любимого мужа, но больше всего было обидно за себя. Она не подумала о супружеской верности, о всех последствиях измены, и пошла на крайние меры, что бы вытащить мужа, а он её просто не понял. Лера свернулась калачиком, и легла набок оказавшись спиной к мужу. Роман глядел на эти хрупкие плечи, узкую талию, на круглую попку, облачённую в трусики, от границ которых вырастали в меру полноватые бёдра. Сгибая ноги в коленях, Лера лежала как бездомный котёнок, свернувшийся на голом асфальте. Роман плюхнулся на кровать, и прижался к ней всем своим торсом. Обнимая и лаская супругу, он старался загладить свою вину. Его рука скользнула по попке, и полезла к промежности. Нежно поглаживая овальный бугор между сдвинутых бёдер, он почувствовал, что трусики стали мокреть.
— Ром ну не надо, я ещё не готова.
— Ну да не готова. Я что не чувствую, как ты потекла.
— Я не готова морально, у меня до сих пор всё болит, и ноет низ живота.
— Ты не готова со мной? Наверное, ещё вспоминаешь, как он трахал тебя своим большим агрегатом, поэтому и животик заныл? Стал заводиться отвергнутый муж.
— Да какой там у него агрегат, даже меньше твоего. А вот у папаши- просто монстр, обмолвилась Лера.
— Тогда всё понятно, кто тебе там так всё раздолбил. Тебе было больно?
— Поначалу немного. Потом стало легче.
— Ты как-то сказала, что у него размером с бутылку от колы. Это так?
— Да у него головка маленькая, остроконечная, как горлышко у бутылочки, а у основания, член ещё наверное толще. До половины он легко проскользнул, а потом было что-то.