И ещё добавила:
— Ань я серьёзно, не бросай его, он может и напиться, а Светка уже пошла в "разгуляево", она у нас не надёжный товарищ. Ну, в общем, пристрой его на ночлег где-нибудь. А то мужик только развеселился и из-за меня уже уходить.
Анна быстро вошла в роль супруги, и теперь уже она ухаживала за ним. Роман не проявлял к ней интереса как к женщине и просто по-дружески шутил. Они пили, смеялись, танцевали, не обращая ни на кого внимание, впрочем, как и другие на них.
Сама не понимая как, наша тихушница изрядно поднабралась. Она попросила выйти на свежий воздух и немного прогуляться. Они долго нарезали круги недалеко от кафе, пока случайно не оказались под балконом Анны.
— А вот здесь я живу после развода, недавно купила квартиру, дети сейчас у мужа на выходных, и домой идти даже не хочется.
Они присели на лавочку, и тут девушка сказала:
— Холодно, как мне холодно.
Роман снял ветровку, и предложил подруге. Но она продолжала твердить, что ей холодно, даже после того, когда он её прижал к себе.
— Ты что такой трудный, не понимаешь, когда девушкам холодно?
Да всё я прекрасно понимаю, сообразил в последний момент он. И как бы себе в оправдание, одной рукой начал гладить смачную грудь поверх платья, а второй — плотные бёдра по нежно шершавому капрону. Его ладошка продвигалась медленно вглубь между толстеньких ляжек, всё ближе и ближе к промежности. Анечка затряслась ещё сильнее, и снова промолвила, Что ей по-прежнему холодно, хотя уже намного теплее. Окончательно оценив ситуацию, Роман подхватил на руки новую подружку, и понёс в её квартиру.
Они повалились в гостиной на ковре, и он начал с неё снимать туфли, вечернее платье, следом полетели колготки, бюстгальтер. А когда она осталась в одних трусиках, то сразу вспомнила, что сегодня у неё начались месячные.
— О Рома, что мы делаем, что скажет Лера, да мне, наконец нельзя, у меня течка.
— У неё тоже, да и ничего она не скажет, и вообще вы меня обе достали сегодня, заведёте до чёртиков и в кусты.
Пока он снимал с себя одежду, Анна встала и направилась в туалет привести в порядок женский орган и всё его содержимое. Она толком и не поняла, почему он ещё больше возбудился, от её течки. Роман настиг её на выходе из комнаты, где неподалёку стоял новенький диван, с велюровой красно-радужной обивкой. Он подхватил жертву, повалил на спину, и сам даже не поняв как, сдвинул в сторону лямку трусов, и его член оказался в изнурённой лунке. На пути он встретил слегка набухший тампон, и как "Локомотив" по рельсам, прошёлся по нему, сминая его вглубь влагалища.
— Вот это "пизда", подумал Роман, полное отсутствие половых губ и клитора, и только длинная щель казалось от жопы до пупка. Он сделал несколько фрикций, и не испытал той нежности и живительной влаги, как у Леры, от которой у него моментально наступал первый оргазм. Почувствовав, что разрядка не скоро, и он сегодня на коне, наш голодный любовник начал грубо трахать свою леди.
— Рома! Хватит не надо, продолжала уговаривать она. Мне стыдно, а вдруг кто-то узнает. Я потом не смогу смотреть в глаза твоей жене, мы потом оба будем жалеть.
Но его уже было не остановить. Он как вечный двигатель, продолжал молотить тампон в самой глубокой точке вагины, натирая свой ствол о перегородку нейлоновых трусиков.
Роман как не старался, всё равно не мог кончить. Член в широкой и хрустящей щелке без смазки нашоркался до жжения, но продолжал стоять в течение получаса, и не собирался её покидать. Требовалась полная разрядка, и он попросил сдвинуть ноги.
Анечка уже не сопротивлялась, а лишь только иногда постанывала и говорила, что какой ты хороший, а особенно в постели. Она не подмахивала, по причине того, что от такого удовольствия, просто не было мочи. Ноги были ватные, но все-таки по просьбе любовника, она их сдвинула, и из последних сил сжала мышцы влагалища. Ствол оказался в плотных тисках, но продолжал двигаться в своей шкурке, как при онанизме, с трудом закатываясь на распухшую залупку. Сделав несколько толчков, он почувствовал как по его мочеиспускательному каналу, резанула горячая жидкость, которая бурным потоком начала заполнять нутро девушки.
В дверь неожиданно постучали, Роман прекратил фрикции, и его краник закрылся. Не полностью разрядившийся член, продолжал стоять как металлический стержень. Стуки продолжались сильнее и интенсивнее, но он и не думал слазить с подружки. Его перенапряжённый орган заклинило, кровь, поступавшая в пещеристые тела пениса, раздувала их до предела, и практически не возвращалась обратно. Роман испытывал приятную ломоту и зуд головки, и не мог дальше просто так лежать. Он начал ещё сильнее долбить свою напуганную партнёршу.