— Сейчас докажу, спокойно ответил Роман.
Он закинул пышную длинную юбку на голову и увидел розовые трусики из полупрозрачного шёлка, которые врезались в толстую жопу. Проведя рукой по промежности, он ощутил огромный бугор женской плоти, который истекал живительной влагой. Не долго думая, Роман потянул за резиночку "бикини", и опустил их до колен. Он несколько раз провёл бархатистой головкой по влажной щели, шириной не менее пятнадцати сантиметров, нащупывая вход. Но его стоячий к пупку член не нашел нужной дырочки, и углубился всем телом в прорезь вагины. Распарившись в горячих губах, он стал ещё толще и длиннее на пару сантимов и гудел от изнеможения. Роман взял за мокрый ствол, пригнул его вниз и толкнул в центр мясистой "пизды". Тот юркнул на всю глубину и на мгновение замер. Ощутив всю нежность и тепло влагалища, наш Ловелас принялся совершать умеренные движения в одном ритме, пока Дашка сама не запрыгала на нём, упираясь руками в полку для обуви.
Они кончили друг за другом, но Роман продолжил долбить её сладкую кисочку.
— О Ромка прости за сомнения, стонала Дашулька, ты супер, не то что мой вояка. Палку в неделю, и на дежурство, или водку жрать.
— Ты тоже ничего, такая пышная писечка, хоть вместо подушки, а дырочка чуть больше напёрстка. Не то, что у Аньки.
— У Аньки, ты её трахал.
— Да нет, я хотел сказать, у Лерки.
— Ох ты блудный кот, да не ври уж.
Роман продолжал сношать залитое спермой влагалище, которое казалось, увеличивалось с каждой минутой. Он ни как не мог кончить, и побоялся, что Светка скоро вернётся и расстроит его планы, поэтому поспешил направить своего скакуна в верхнее дышло. Как ни странно, но он безболезненно вошёл на всю глубину, а Дашка, стояла как послушная коровка в стойле при искусственном осеменении. И лишь потом начала умолять:
— Ну, давай же води, води!
— Что уже воды надо, шланги горят, усмехнулся Роман.
— Да пошёл ты в жопу, издеваешься тут.
— А я уже там, продолжал глумиться Роман.
Затем он начал усиленно трахать её зад, шлёпая тазом по молочным ягодицам, которые сминались в лепёшку, и снова надувались как резиновые. Дашка начала стонать от удовольствия, поясняя, что туда ей более приятней, что так лучше ощущается член, особенно когда он такой твёрдый как у тебя. А вдохновлённый Роман продолжал мозолить её задний проход, периодически смазывая своего жеребца в нижней лунке.
— О Ромка, я его чувствую, кажется в матке, произнесла она, и начала бурно содрогаться. Её пронзили новые чувства, ранее не изведанные, внутри живота всё тряслось и мандражировало, ей казалось, что она вот-вот разродиться.
Роман тоже поймал кураж, и как в прошлый раз, следом кончил за Дашкой. Обессиленная, она повалилась на пол, так и не сняв босоножки. Но услышав звонок в дверь, она подскочила, натянула бикини, поправила юбку и открыла дверь.
— Дашуль, ты уже уходишь, и чаю не попьёшь. Ну ладно, баба с воза, кобыле легче. Провожать не будем, тут квартал доковыляешь. С ухмылкой сказала Светка.
Уставший, Роман завалился в одежде на разложенный диван, и тихонько посапывал. "Вторая есть" — подумал он.
Оставшись наедине, Светка решила проверить, на деле чудодействие препарата, который они подсунули с Леркой. Она принялась раздевать чужого мужа, начиная с носков, рубахи и заканчивая штанами, которые сползли вместе с "боксерами".
Притворившись спящим, Роман ждал развязки событий, да и он не хотел ни когда эту сухощавую, пусть и симпатичную сучку, к которой другие мужики липли как мухи на мёд или на г:. Но сегодня он должен надрать им всем задницы.
Роман повернулся на спину, демонстрируя свою спящую сосиску, которая стала расти как на дрожжах, превращаясь в длинную бугристую колбасину. Она взяла его руками и несколько раз провела по стволу, оголяя расшиперенный шишак. Почувствовав нежные ручки, член стал ещё твёрже, и шкурка практически перестала скользить по ребристому стержню. "Да длинна так ничего, а вот толщина не очень, зато как стоит, ну ладно посмотрим, что будет дальше" — подумала опытная стерва.
Оседлав скакуна, она несколько раз покрутилась сухощавой попкой и вставила остекленевший писюн в свою кунку. Тот провалился, но не на всю глубину, упираясь в маточный свод. Она ойкнула от боли, приподнялась и начала скакать как жокей, ограничивая погружения. И так продолжалось около часа, Светка очень редко когда кончала, и поэтому была всегда ненасытна.