Дверь рядом со мной открылась, и Руслан устроился на привычном для себя месте водителя, так и не захлопнув дверь, потому что его пёс всё еще носится по берегу и пытается играть с водой. Парень же повернулся ко мне и смотрит на меня в ожидании моей реакции.
А мне так глупо хочется уточнить, глядя на каменистый берег.
— Море? — больше слов из себя выдавить не смогла и закусила губу в ожидании его ответа. Мужчина кивнул головой и уточнил:
— Да. Азовское.
Его глаза прищурены и губы сложены в полуулыбке, а я понимаю, что всё-таки мои глаза заволакивает лишняя влага. Ничего не могу с собой поделать, но я даже над фильмами в сентиментальные моменты плачу.
И вот в такие минуты начинается уже типично мужская паника.
— Лер, ну что не так? Понимаю, что не Бали. Знаю, что, наверное, это не то чего ты хотела. И вообще я тот ещё романтик…
Он говорит ещё много чего, а я вспоминаю, что я сегодня собиралась любоваться видом детской площадки из окна третьего этажа. В такую погоду это довольно унылый вид. Вместо этого вижу перед своими глазами море и маламута, который рад этому приблизительно так же, как я. Просто показывает это другими способами. И честно говоря мне абсолютно наплевать, что в этот момент я не валяюсь на пляже под слепящим солнцем, в моей руке нет бокала с шампанским. И вообще откуда в голове Руслана весь этот бред?!
Остановила Краёва, пока он на словах не дошел до того состояния, когда начинают посыпать голову пеплом.
Просто несмотря на слёзы у меня губы расплылись в широкой улыбке.
— Спасибо! — прошептала с такой довольной физиономией, что у него не осталось никаких сомнений в том, что сырость я развела вовсе не из-за разочарования. — Я счастлива, дурак! Извини, что плачу.
Руслан расслабленно выдохнул:
— Так вот что это значит? — потом до него дошло, что я его не очень лестным словом наградила и включил режим обиженного парня. — И погоди-ка, женщина? Ты как меня назвала? Это что? Вся награда за мою попытку тебя порадовать?
Могла бы ему сказать, что когда завёз девушку за сотни километров от дома, то самое время требовать от неё награду. Вместо этого всего лишь спросила:
— И какая награда тебе нужна?
— Может быть хотя бы поцелуешь?
— Может. Только без жевательной резинки.
Убрала её в пакет, оставшийся после бутербродов. Я не свинья и мусорить вокруг себя не собиралась.
Мужчина тут же склонился ко мне и у меня перехватило дыхание. У него на губах ещё остался привкус сигарет и моей же жвачки. Ещё и тот факт, что я ещё с вечера сижу без куртки, но в толстовке не оставил его равнодушным. Естественно ему тут же захотелось свои руки не только под плед и толстовку, но и под мою майку запустить. Вот только Руслан забыл, что машина с распахнутой дверью с его стороны, и мы чуть не подскочили от неожиданности, когда ему на колено вдруг своими передними лапами встал Аякс и громко гавкнул на нас.
— Приятель, ну ёлки-палки! Ты как мужик должен был меня понять, а не играть роль блюстителя морали и нравственности!
Я даже рассмеялась под шуточное ворчание Краёва. От интересного занятия его видите ли оторвали.
— Да он просто играть хочет, — я потянулась за своей курткой. Руслан после бессонной ночи в этот момент выглядел совсем измученным. Так что я предложила ему поспать и дать нам с Аяксом возможность предаться нашим детским радостям самостоятельно. Когда я ещё с собакой по берегу моря побегаю?!
Так что закрыла машину и вдохнула полной грудью морской воздух, пока пёс опять помчался от меня к кромке воды. Весь его довольный вид так и говорил: «Люди перестаньте заниматься какой-то ерундой. Посмотрите какая красота вокруг!»
23. Лера
Спустя два часа мы сидим с Аяксом на берегу. Я запустила руку в шерсть на загривке маламута и перебираю пальцами белые ворсинки, которые и без меня треплет ветер. Мы оба уже достаточно устали и теперь можно было в обнимку с собакой смотреть на непрерывно набегающие друг на друга волны. Кажется, вода — это то на что можно смотреть бесконечно. Вот и мы смотрели как загипнотизированные.
За спиной послышался звук открываемой и закрываемой двери машины Краёва. Не важно, что я временами называю его по фамилии. Мне нравится его фамилия. Как и много чего ещё в нём. Слышу шаги Руслана по гальке. Определить, что это он совсем не сложно, ведь кроме нас троих здесь никого и нет. Почему-то Краёв замер в нескольких метрах от меня и пса, и я повернулась к мужчине, чтобы узнать почему он не спешит к нам присоединиться.