- Что? – тихо бросил Мариус, совсем не удивившись тону собеседника.
- Пора показать то, что ты называешь страхом, - ответил Леррой, он поднял руки и медленно стянул с себя рубашку, Мариус безвольно закрыл глаза.
Простынь шуршала ужасно громко.
Будто взрывалась фейерверками вся земля, которая была под ногами Мариуса. Он чувствовал присутствие рядом с собой. Леррой. У него был тонкий запах, не перебитый ароматом дорогого вина или сигарет. Запах муската и молочного улуна. Запах авантюризма и обдуманности. Чрезмерной смелости и педантичной сдержанности.
- Странный запах… - прошептал Мариус.
- Какой есть, - тут же отозвался Леррой, - и как ты только не боишься? – вдруг усмехнулся он и дотронулся до бедра студента и почувствовал дрожь, не боится, вот как. – Не все были готовы не боятся меня, - вкрадчиво прошептал он и опустился на тело юноши.
Мариус дрожал, но глаза не открывались, не было ни сил, ни желания.
Щёки полыхали, когда Леррой прикасался к его волосам, к его губам, к тонкой девической шее, к ключицам. Время шло, но боли не было.
- Что это значит? – прошелестел голос Лерроя над ухом Мариуса и тут же отдалился. – Я знаю все твои вопросы, но не стоит их говорить вслух. Они глупы. Боль – не всегда страх.
- Это ли значит страх? – произнёс Мариус, поднимаясь вверх на руках и стыдливо опуская подбородок вниз.
- Страх – это неизвестность, больше ничего. – Леррой продолжал касаться тела Мариуса, без стыда, без страсти, просто касаясь и доводя его до исступления. – Хочешь ли большего, или не желаешь, всё равно, - продолжал размышлять Леррой. – Есть ли разница между желанием и нуждой? Наверное, нет.
Он опустился рядом с Мариусом и сильно прижал худощавое тело к себе. Студент уже давно перестал двигаться, только дышал – сил больше не было. Руки Лерроя, властные и горячие, и совсем терпеливые, оглаживали тонкое туловище, худые руки, жилистые ноги, хищно забирали волосы в охапки и чесали там, как коту за ухом. Наконец, он успокоился и затих, будто заснул.
Но ещё долго в темноте, до самого рассвета, были широко распахнуты его глубокие, почти чёрные глаза.
***
Она была легка.
В светлом мужском костюме она порхала, собирая вокруг себя взгляды, взгляды, взгляды. Она, словно бабочка, которой все должны восхищаться продолжала двигаться по узкому тротуару, и взмахивала своими невесомо тонкими руками как простоватенькая капустница, но это и было её очарование.
Очарование мотылька, летящего на пламя свечи.
Она гуляла так, будто и взаправду не знала, что её ждёт, и чего же она хочет.
Светлые волосы трепал ветер.
Светлые желтоватые глаза смеялись глупым, совсем идиотским смехом.
Коралловые губы едва складывались в улыбку, это была полуулыбка, полуочарование.
Она просто шла. Шла.
[1] Одна из главных персонажей аниме «Арсен Люпен III», основным навыком, которой являлось соблазнение или совращение целей кражи или мошенничества.
[2]Леррой намекает на тёзку из романа «Отверженные» Виктора Гюго, Мариус Понмерси – один из главных героев, студент, испытывавший острую нужду из-за расторжения отношений со своими родственниками, учился на юридическом факультете.
[3] Мариус спрашивает об этом, намекая на аниме «Идеальная грусть», где главную героиню преследует сумасшедший маньяк.
История вторая. Мариус Понмерси. Часть вторая.
Он медленно открыл глаза.
Пахло мёдом. И чтобы это могло значить?
Он едва приподнялся на руке и дико, испуганно оглянулся вокруг.
Рядом лежал Леррой, его глаза были крепко закрыты, лицо умиротворённо, только кулаки беспорядочно сжимались, как от сильного волнения. Студент быстро подскочил с кровати и бросился искать одежду, она быстро нашлась в пространной ванной, чистая и сухая, быстро одевая шмотки, он едва не кричал, ему хотелось сбежать, исчезнуть, чем быстрее, тем лучше. Он бросил быстрый дежурный взгляд в зеркало и замер, на пороге стоял полуголый Леррой.
- Я… мне нужно идти! – почти без запинки выкрикнул Мариус и бросился к проходу, но цепкие руки сграбастали его и приподняли над полом.