— Что вы здесь делаете? — снова строго спросила она и обняла малыша, будто защищая от меня.
Да что ты, хотелось сказать, я не сделаю вам ничего плохого, я же ваш…
И что я здесь делаю? Зашел в гости? Пришел домой? Или пришел с проверкой из какой-нибудь службы? Почтальон?
Нет, все не то. Я чувствовал, что они мне родные.
Но почему они меня не узнают? Почему эта женщина меня не узнает?
Женщина застыла в ожидания от меня каких-то ответов. Ребенок плакал.
А я молчал. Мне нечего было ей сказать.
Проснулся я в другом месте. В палате. Первым делом нащупал на груди кристалл. Он был теплый и мерно пульсировал. Зарядился, значит. Это уже хорошо.
На лице почувствовал какую-то маску. Сначала испугался — ну не могли же они просто надеть на меня чье-то лицо? С их-то технологиями.
Из вены на сгибе руки тянулась трубочка к капельнице, помещение было белым, чистым. Рядом стояла еще одна кровать. На ней лежал человек тоже с капельницей. Глаза его были закрыты, но дыхание ровное, спокойное.
Я осмотрел стену, не нашел кнопку вызова, но крикнуть не решился. Потревожу парня на соседней койке.
Что ж, придется самому вставать.
Чувствовал я себя прекрасно, будто всю ночь спал. А дел впереди невпроворот! Помню последнее уведомление, которое меня очень порадовало. Теперь я могу расширить список насекомых, а так же задействовать мелких животных, таких как, землеройки, грызуны. Уж мы придумаем, как их применить в нашей ситуации. И не забывать, что в этот раз нужно быть максимально бережливыми! Никаких неоправданных жертв в больших количествах!
Я уже было начал подниматься, потянул руку к капельнице, но тут в дверь ворвалась Седьмая в халате. Очень симпатичный доктор из нее бы получился! А, может, она и была доктором до того, как все это началось. Хм, сомневаюсь.
— Ни в коем случае! — зашептала она и снова уложила меня на постель. Сильные у нее все-таки руки. Вполне себе хирург. Или стоматолог?
— Да некогда тут разлеживаться! — возмутился я. — Мне было это, как его, прозрение! Нужно срочно с Лесом связываться!
Она опустилась на край кровати, продолжала мне давить на грудь, не давая вставать.
— Никуда твой Лес не денется. А вот восстановиться нужно как следует, чтобы и шрамов не осталось. Здесь — она показала на капельницу, — питательный раствор и лекарство. Еще полчасика покапает — и тогда все! Потерпишь полчаса?
Хотел сказать, что да, ради тебя потерплю.
— Хорошо, — недовольно произнес я, обиженно отвернулся к стене. Заметил, как она улыбнулась, поправила тоненькое одеяло, тихо встала и вышла.
А я опять задремал. Хороший раствор. Питательный. Можно не ужинать.
Очнулся, когда кто-то шептался рядом. Открыл глаза. Это была та симпатичная в маске. Увидела, что я смотрю на нее, улыбнулась, сказала.
— Вот теперь все! Вот одежда, можете вставать. Вас уже ждут. Направо по коридору.
— Спасибо, сестричка, — я начал подниматься, понял, что голый, замешкался.
Сестричка снова улыбнулась, шепнула.
— Одевайтесь, не буду вам мешать.
И беззвучно ускользнула.
Я бодро поднялся, оделся, пожелал спящему приятелю скорейшего выздоровления и вышел в коридор. Здесь вспомнил, что на лице у меня была маска. Дрожащими руками ощупал лицо — не обнаружил никаких изменений. По крайней мере, кожа, если это была другая кожа, прижилась без последствий, ничего не болело, не давило, не тянуло. Увидеть бы свое лицо — оно точно мое осталось?
С другой стороны, я, как Ник, часто ли смотрелся в зеркало за эти дни, которые я в этом мире обитаю? Даже не помню. Что тогда я хочу там увидеть?
Направо по коридору пришлось пройти несколько дверей. Задумался и чуть не проскочил мимо комнаты собраний.
Все, судя по всему, ждали только меня.
На столе стояло привычное и остывшее блюдо, графины с напитками, мутанты и киборги сидели на диванах и откровенно скучали. Арт и Макс дремали, положив друг другу головы на плечи и вытянув ноги. Ну да, после сытного обеда…
Седьмая была здесь снова в своем обтягивающем комбинезоне, подтянутая, стройная, серьезная. Легкая улыбка тронула ее губы, когда я вошел в комнату. Ант, только что живо беседовавший с Пятым, вскочил с места, широко шагая, подошел ко мне.
— А вот и наш герой! — пробасил он, похлопал по плечам, откровенно осмотрел лицо, довольно улыбнулся. — Как новенький! Будто и не было ничего! Ну, молодцы, киборги, наши с вами не сравнятся! Это точно! — и, повернувшись, крикнул громче. — Да, парни?
Парни очнулись, захлопали спросонья глазами, закрутили головами. Увидели меня, обрадовались, полезли обниматься.