Причалили к стоянке. При ближайшем рассмотрении строения не были частью старообрядческой деревни, которых, как известно, в Красноярском крае видимо-невидимо. У них там даже своя столица имеется (как глубокомысленно извлек Дьяк, хорошо владеющий скрепами), неподалеку, кстати, к востоку по течению Ангары, куда полетели наши оборотни. Скорее, представший перед взорами наших путешественников объект деревянного зодчества являл собой отдельно стоящей скит, окруженный несколькими постройками, по всей видимости, имеющими хозяйственное предназначение. У одного из строений были даже деревянные подмостки, спускающиеся к берегу Енисея, над которым прям так и смотрелась тарзанка на раскидистой иве, а из трубы на крыше клубился дымок. Весь вид немного портили кресты слева от скита, которые, по всему судя, были частью заброшенного кладбища. Данный факт совсем не смутил Сидорыча, который подмигнул Лехе и изо всех сил ущипнул Шапку за мощный зад со словами: «Глядишь, и в настоящей сибирской баньке попаримся!». Шапка прям захрюкала от удовольствия с Ленкой на пару, а Савелий, который был по-прежнему в кружевном боди и чулках, сделал несколько вращательных движений бедрами, налил своим особым методом еще один стакан пива и сразу его осушил. Вождь сладострастно облизывался, поскольку еще в Бурито проникся темой бани. Дьяк строго погрозил молодежи, пришвартовался и дал гудок.
Как оказалось, наши путники были не одни в этом зачарованном месте, поскольку на берегу показалось несколько фигур, одетых в темные монашеские рясы. Ребята, конечно, растерялись, типа, памятуя о строгих нравах старообрядческих сект. Непонятно, как надо приветствовать братию, каким крестным знамением себя осенять и т.д. Плюс внешний вид Шапки и Ленки в леопардовых лосинах и прозрачных топах совсем не соответствовал богобоязненному имиджу дам, исповедующих старую веру. Не говоря уже о тематическом прикиде Савелия. Тут вдруг Дьяк с криком: «Аллилуйя!» бросается на берег, протягивает обе руки низенькой бочкообразной даме с расплывшимся лицом и смыкает объятия. В результате команда немного расслабилась, поскольку поняла, что скорей всего перед ними не на все 100 процентов полноценные приверженцы старой веры. Ну, так оно и вышло.
Оказалось, что сама судьба свела их со знаменитой Поповной, по слухам прибывшей из самой Америки проповедовать в Тунгусской тайге, а по факту оказавшейся совсем рядом от места назначения нашей боевой команды. При этом была она не одна, а с двумя седобородыми старцами, бро Рамаданом и бро Козлиной (ну, это ники, вы уже знаете). При этом Рамадан походил на усохшую палку, а Козлина, напротив, представлял собой румяного толстомор дика, чем-то напоминавшего игривого пожилого козла. Что интересно, как мир тесен все ж, поскольку Поповна, Рамадан и Козлина были опять-таки однополчанами наших бесславно мутировавших друзей, ну и Дьяка с Корчагиным соответственно. Похоже, сама судьба постоянно сводила наш отряд с представителями этого почти уже ставшим бессмертным полка по мере продвижения к выбранному месту назначения, как будто магические круги все сужались и сужались и вскоре должны были сойтись в одной точке, разрывающей пространство и время.
9. Исповедь Поповны
Поповна и новоиспеченные старцы были несказанно рады встрече с Дьяком, как всегда, бывает со стариками, которым выпадает дополнительный повод вспомнить молодость и былую удаль. Они горячо поздравляли Бро с прошедшим днем десантника, который, как известно, отмечается на всех просторах матушки России 2 августа, а для однополчан чуть ли не ставшим вторым главным праздником, опять-таки, после дня шествия бессмертного полка. Леха и друзья немного застыдились, не потому что забыли про праздник (в поезде они еще как с цыганами его отметили сразу после старта), а потому, что не сделали поздравляшки такому хорошему человеку, как Бро Дьяк. Поступило приглашение проследовать в скит. Команда пошушукалась и приняла историческое решение пустить в ход не только тарань, хрустики, лук и огурцы, но и заветный мешок с пельменями, которые решили варить прямо на костре. Прихватили и самогон, и пивандрий, хотя перед не употребляющими алкоголь старообрядцами было немного неловко. Тут выяснилось, что и Поповна, и старцы-схимники совсем не против того, чтобы опрокинуть по стаканчику, тем более под пельмешки. До кучи взяли и бочонок с виагрой.
Так и сделали. Полилась плавная беседа. Оказывается, Поповна действительно намеревалась находиться какое-то время в Тунгусской тайге, неподалеку от места падения метеорита. В данное историческое место ее должны были доставить прямо на вертолете из Красноярска вместе с активистами движения за свободу эскимосов, прибывших в РФ для установления гуманитарных контактов с местными жителями, тунгусами или эвенками, это уж как вам будет угодно. Но, прилетев в Красноярск непосредственно с Аляски вместе с этими самыми активистами, волею судеб Поповна оказалась в хорошо уже известном нам «Казбеке» с целью дегустации кавказской кухни и, в особенности, хинкали, коронного номера в исполнении законного супруга Поповны, ветерана абхазской войны. Познакомились они, будучи уже в более, чем зрелом возрасте, на той самой войне, первой или второй, уже не разберешь. Сейчас Вано немного прихворнул, поэтому остался в Нью-Йорке на хозяйстве, благословив Поповну на гуманитарную миссию.