Машина Эйвери, рубящий дрова Эш, что-то делающий у стены дома Тео, стоящий Джей, медитирующая с утра на траве Мэдисон, сама Хлоя, беседующая с Эйвери.
Эш четко и грязно выругался. Сложно сказать, кадры сделаны в этом году или другим летом. Детали на моментальных фото оставались нечеткими, сливались. Но никаких сомнений, это они сами.
— Эти ублюдки следят за нами, — прошипел Эш. Хлоя еще никогда не слышала его настолько разозленным. — Следят за каждым шагом! Да что им нужно? Кто это вообще такие?
— Смотри дальше, — глухо посоветовал Тео.
И Эш листал кадры, на которых Хлоя видела себя и своих друзей. А потом руки Эша остановились, он замер, разглядывая одно фото. И даже вверх ногами, Хлоя узнала это лицо.
Мия.
Она весело улыбалась и смотрела точно в объектив. Никакой скрытой съемки из кустов, крупный отчетливый портрет.
— Может, — Эш прочистил горло, — может, это не их снимок. Может, они его каким-то образом стянули у Мии. Распечатали из соц. сетей.
— Ага, на карточку Полароида, — съязвила Хлоя.
Старомодный способ печати, снова ставший популярным в последнее время. Хлоя и сама недавно купила небольшой фотоаппарат, сияющий пластиковыми боками бирюзового цвета. Было что-то волшебное в том, чтобы щелкать на кнопку и наблюдать за узкой полоской, не больше визитки, выезжающей из корпуса. Ждать положенное время, пока фотография проявится.
Правда, эти были другими, больше и квадратными. Старинная модель фотоаппарата, не новая.
— Нет, — резко сказал Тео, — я знаю фото Мии. Это принадлежало не ей.
Он помолчал и озвучил мысль, которая наверняка крутилась в головах у каждого.
— Мия знала этих людей.
Взяв карточку из рук Эша, Хлоя наконец-то перевернула ее, чтобы посмотреть в весело улыбающееся лицо подруги. Мия, такая живая и легкомысленная. Даты на снимке, увы, не оказалось, но Хлоя не сомневалась, кадр сделан в то лето, когда Мия умерла — именно тогда она как-то косо отрезала челку и жаловалась на это Хлое. В кадре на глаза девушки падали те же волосы. То лето.
Может быть, тот день, когда Мия умерла.
Рядом оказался Тео, буквально за один шаг, что не очень-то удивляло в маленьком домике. Схватив Хлою за плечо, он рывком повернул ее к себе.
— Рассказывай. Всё, что знаешь. Про ту ночь!
Эш хотел утихомирить друга, что-то начал говорить, но Тео его не слушал.
— Я знаю, это с тобой Мия встречалась в ночь смерти. После полуночи у дуба.
Эш замолк. И он, и Эйвери в изумлении посмотрели на Хлою. А она поняла, что записку из блокнота стоило выкинуть еще два года назад. Сжечь, уничтожить, развеять пепел. Чтобы даже воспоминаний не осталось. Ни следа.
Потому что Тео видел ту записку, спрятанную меж листов блокнота. Который Хлоя неосторожно обронила у оленьего трупа.
Они смотрели, ожидая ответа.
— Это правда, — едва слышно сказала Хлоя. — Мия знала, я люблю писать. Поэтому частенько подкладывала мне записки. В тот день попросила встретиться с ней у дуба после полуночи. Я пришла туда. Мы говорили. Она… хотела одолжения, я отказала. Мия не вернулась со мной, она осталась у дуба. Когда я уходила, она была жива.
— Какого черта ты молчала? — прошипел Тео.
— Я обещала ей!
Но Эш уцепился за другую часть рассказа:
— Что за одолжение?
Вот так. Теперь ей придется нарушить обещание, данное мертвецу и рассказать все о той ночью. Хлоя набрала побольше воздуха.
— Мия с кем-то встречалась. Она хотела, чтобы я осталась.
Эш вздрогнул. Хлоя знала, что Мия просила его о том же — пойти с ней к дубу. Только Мия не решилась сказать Эшу, что с кем-то встречается там.
С кем-то чужим.
Кого она боялась.
И не хотела оставаться одна.
Хлоя знала больше Эша. Но и она бросила Мию. Вернулась домой, легла спать. Чтобы наутро узнать, что, возможно, из-за ее нерешительности Мия погибла. Как она могла рассказать об этом?
— С кем она там встречалась? — Голос Эйвери звучал тихо. — С этими людьми?
И она обвела рукой домик, а потом кивнула в сторону фото, зажатого в руках Хлои. Ну конечно. Эйвери, как всегда, рассуждала самым рациональным образом. Если тогда, два года назад, Мия была знакома с этими людьми, то, возможно, они тоже были здесь? И просили о встрече у дуба.
И их боялась Мия.
— Думаю, да, — кивнула Хлоя. — Мия не называла имен. Какой-то ее старый знакомый из города, он ночевал в охотничьих домиках и просил о встрече. Вроде как Мия что-то знала о нем и его друзьях. Сказала, что объяснит нам утром. И взяла с меня обещание, что я никому не скажу. Она… упомянула, что брат может быть зол, поэтому лучше пока ничего не знать.
Даже в сумраке домика Хлоя могла заметить, как побледнел Тео. Опустив глаза, девушка продолжила:
— Из-за этого и всего остального я решила, что за Мией приударил кто-то из города, а она не против. Мне не хотелось участвовать в чьих-то любовных драмах. Я ушла.
Не хотела смотреть, что даже малышка Мия нашла свою любовь, счастливую личную жизнь. В отличие от Хлои. И никто ее не бросит, едва узнав о ребенке.
— Это не было свиданием, — тихо сказал Тео. — Она что-то узнала об этих людях. И встретилась с ними той ночью. А на утро была мертва. И ты молчала два года.
Хлоя могла поспорить, если бы Тео мог, он сейчас развернулся и ушел. Но узкая дверь не позволяла. Так что он только стоял и смотрел, а в его глазах отражалась боль. Которая ничуть не утихла за два года.
Прочистив горло, Эш сказал:
— Давайте осмотримся вокруг. И вернемся в дом. Не хочу оставлять Джея и Мэдисон одних, пока в округе бродят какие-то странные люди.
Возразить ему было нечего, поэтому все четверо вышли из домика. Но у Хлои не возникало желания «осматриваться». Она уставилась себе под ноги и медленно брела, стараясь не уходить далеко. Хотелось забиться под одеяло, зажмуриться… а потом открыть глаза от того, что на кровать, хохоча, прыгнула Мия, чтобы узнать, прочитала ли Хлоя последнюю записку, спрятанную в ее сахарнице.
Едва не споткнувшись, Хлоя подняла глаза. И с удивлением увидела нарисованную на земле пентаграмму. С цветами, маленькими косточками и оплывшими свечами.
— Я кое-что нашла!
Мне казалось, если я сделаю вид, что ничего не произошло, всё так и будет. Моя реальность изменится, моя правда станет той, где я не оставляла Мию одну в лесу.
Я думала, достаточно крепко поверить.
К чему расстраивать Тео, что сестра нашла какого-то парня в городе? Так мне казалось. Так я себя уговаривала.
К чему рассказывать Эшу, что он не просто не встретился с Мией. Он отказался от ее встречи с таинственным незнакомцем. Которого Мия боялась, с которым не хотела встречаться одна. Эш стал бы мучиться еще больше.
Но я могу создавать сколько угодно реальностей. Правда от этого не изменится.
========== Мэдисон ==========
Бабушка всегда говорила, нужно слушать не призраков и не силы вокруг, а то, что находится внутри тебя. Тогда не собьешься с курса. Но это и самое сложное. Услышать верный голос.
Потом она шелестела картами Таро и делала расклады при скачущем огоньке свечи. Утверждала, что это ее инструмент услышать.
Может, моей проблемой всегда оставалось отсутствие необходимого инструмента.
Когда Мэдисон увидела индейца на пороге дома, она не удивилась. И сразу согласилась, едва он сказал, что хочет поговорить о местных легендах. Преданиях. О магии.
И только когда остальные ушли, а дом погрузился в вязкую тишину, Мэдисон подумала, это было не такой уж хорошей идеей. В конце концов, она ничего не знала о человеке, который назвался Джимом.
А теперь сидела с индейцем в комнате, которую разделяла с Эшем.
Тишину нарушила музыка, приглушенно донесшаяся снизу: видимо, Джей остался там. И звук невольно успокоил Мэдисон. Он был правильным, достраивал реальность до нужной. Даже делал присутствие Джима необходимым.