Но старый жрец хорошо обучил Сортхалана. Он мог поглощать зловредных духов и управлять ими.
Вскоре на реке остался только первый лодочник, и он поплыл на север, вместе с духами земли. С тех пор он, окруженный древними силами природы, плавает по рекам и озерам, и ждет, когда его призовут племена. И он всегда готов придти на помощь.
Такими словами, произнесенными его человеком-медиумом, закончил Сортхалан свою собственную легенду. Да, сила его была велика. Но ограничена. Он не мог сделать то, что без всякого труда сделала Кушар. И он, тоже, ждал меня. Как шамига, как роялист, как семья саксов.
— Почему он так ждал меня? — спросил я. Теперь уже рот Фрэмптона беззвучно задвигался, и мгновением позже он заговорил вслух.
— Пришелец должен быть уничтожен. Он чужак, который уничтожает лесную страну.
— У тебя достаточно сил, чтобы самому уничтожить его, — сказал я.
Сортхалан улыбнулся и покачал головой, кокни заговорил: — Легенда говорит совершенно точно. Только Родич может убить Пришельца — или быть убитым. Только Родич.
Легенда? Наконец-то мои смутные догадки подтвердились. Я сам стал частью легенды. Кристиан и его брат, Пришелец и Родич, их роли давно заданы мифом, возможно с начала времен.
— Ты ждал меня? — сказал я.
— Земля ждала тебя, — сказал Сортхалан. — Я не был уверен, что ты Родич, но потом я увидел, как на тебя повлиял лист дуба. И я начал хотеть, чтобы им оказался ты.
— Я этого ждал.
— Да.
— Я выполню свою часть.
— Сделай то, что должен. Убери пришельца отсюда. Возьми его жизнь. Останови разрушение.
— Как может обычный человек быть настолько могущественным?
Сортхалан улыбнулся, но не его рот. — Пришелец совсем не прост, и он не обычный человек. Он не принадлежит…
— Но я…
— Но ты его Родич! Ты — светлая часть пришельца. Разрушает и убивает темная. Он зашел так далеко, потому что стража завлекли к опушке.
— Какого стража?
— Уршакума. Уршака — самые древние из Пришельцев, но они стали близки к земле. Уршакум всегда сторожит проход к долине говорящих-с-огнем, но его позвали к краю. За этими лесами есть великая магия. Голос позвал. Страж ушел, и сердце страны осталось незащищенным. Пришелец съедает сердце. Только Родич может остановить его.
— Или быть убитым им.
На это Сортхалан ничего не сказал. Его проницательные серые глаза внимательно разглядывали меня, как если бы он искал знаки того, что я — тот самый человек и способен выполнить роль, уготованную мне мифом.
— Но как может Уршакум всегда охранять этих — как же он назвал их? — говорящих-с-огнем? Мой отец создал Уршакума. Отсюда. — Я коснулся своего лба. — Из сознания. Как ты только что создал этого человека.
Спад Фрэмптон ничем не показал, что понял мои жестокие слова. Он печально посмотрел на меня, а потом сказал то, что некромант продиктовал ему. — Твой отец только призвал стража. Все, что есть в этой стране, всегда находится здесь. Великая магия призвала Уршакума к краю страны и изменила. Как, когда-то, его изменил Аук.
Я ничего не понял.
— Аук? Это еще кто?
— Великий повелитель. Шаман. Повелитель Силы. Он управляет временами года и может сделать так, чтобы за летом шла весна, а за ней — лето. Он может дать человеку силу, и тот будет летать как сокол. У него такой громкий голос, что достигает небес.
— И он изменил Уршака?
— Было десять более слабых повелителей, — сказал Сортхалан. — Они боялись распространяющейся силы Аука, выступили против него и потерпели поражение. Аук превратил их в десять лесных зверей. Он послал их в ссылку, в далекую страну, где только что кончилась зима и земля обнажилась из-под льда. Сюда. Лес растаял, леса вернулись, и Уршака стали стражами этого леса. Аук даровал им огромную силу, они почти бессмертны. Как деревья, но они не вянут. Каждый из них пошел к реке или в долину, и построил себе замок, который стережет одну из дорог в этот вновь выросший зеленый лес. Они стали близки к земле и друзьями тех, кто приходит селиться, охотиться и жить в этой стране.
Я задал очевидный вопрос. — Если Уршака друзья людей, почему этот такой агрессивный? Он охотится на моего брата; он убил бы меня не думая, если бы поймал меня.
Сортхалан кивнул, и губы Фрэмптона зашевелились, выпуская наружу слова своего создателя.
— Люди приходят и проводят с собой говорящих-с-огнем, которые могут управлять огнем. Они могут заставить его прыгнуть с неба. Могут указать пальцем на восток, и огонь распространится на восток. А могут и превратить огонь в сияющий янтарь, просто плюнув на него. Говорящие-с-огнем приходят и начинают жечь лес. Уршака противостоят им, энергично и жестоко.